– Может, нашу надпись как раз не надо переводить…
Нафаня внезапно встал. Как раз на пути у Кати, так что она тоже вынужденно остановилась.
– Знаешь, что ученые наконец расшифровали надпись на дверях гробницы Тутанхамона? – проговорил он, наклонившись к Кате, очень таинственно.
– Нет, – Катя заинтересовалась, – а что там было написано?
– «Вскрывая эту гробницу, я тем самым соглашаюсь со всеми пунктами нижеследующего проклятия и принимаю все его условия, как-то…»
Катя хихикнула.
– Шутки шутками, – Нафаня развернулся и опять зашагал вперед, – но я все же хотел бы сначала выяснить, что там написано.
– Радиацию?
– Можешь смеяться – мы ее замерили на всякий случай. Нет, с радиацией все нормально. Веет от нее чем-то недобрым. Злая она. Красивая, но злая.
– Да что за штука-то? – спросила Катя. – Расскажи толком.
– А нечего рассказывать. Я пошарил в Инете… Ничего нет. Ну просто ничегошеньки.
– Куда? В Эрмитаж?! Прямо сейчас? Он разве не закрыт?
– Не для сотрудников! – гордо ответил Нафаня.
Глава вторая
Спящая красавица
Беседуют две троллихи. Одна другой:
– Прикинь, ко мне в сумочку вчера гоблин-воришка залез, я и не заметила. Пришла домой, открываю сумочку – сидит!
Когда Катя с Нафаней добрались до Дворцовой площади, было уже около полуночи. Вокруг – ни души, только по набережной проносились редкие машины.
Зеленовато-белое, занимавшее целый квартал здание огромного музея темными окнами взирало на бывшую столицу империи.
«Как же мы попадем внутрь?» – гадала Катя, глядя на замкнутые ворота главного входа.
Неужели придется лезть через решетку? А если поймают? У Нафани-то – удостоверение, а у нее – всего лишь студенческий билет!
Кате было не по себе, и в то же время разбирало любопытство. Наконец-то приключение!
После бурного лета Кате не хватало экстрима.
Да и чудаковатый Нафаня ее порядком заинтриговал. Всю дорогу он не закрывал рта, но ничего конкретного о таинственной «штуке» так и не выдал. Вернее, почти ничего. Только то, что находится она в упаковочной, где все еще лежит в ящике, потому что ее «никак не могут растаможить».
– Панихидин, мой шеф, рвет на лысине последние волосы, – хихикая, рассказывал Нафаня. – Вот удружил кто-то с подарочком…
– Подарочком? – рассеянно повторила Катя.
– Угу.