Но крови не было – только драгоценное ожерелье распалось на покатившиеся по полу самоцветы.
И тотчас прекрасное женское тело превратилось в иссушенный торс, больше всего напоминающий мумию, а вытянутые вверх в безуспешной попытке защититься руки – в перевитые черными мышцами и жилами плети, заканчивающиеся птичьими лапами с кривыми острыми когтями…
Двалин этого уже не увидел, потому что промчался дальше. Превращение успел заметить Гэндальф, который высоким прыжком перемахнул через дверь и через принявшую истинный облик Кайре…
…И угодил прямо в заколдованный ковер!"
"Ковер не преминул воспользоваться моментом и ухватил гнома за ботинки.
Две ледяные стрелы сорвались с ее рук. Первая ударила в центр широченной груди Двалина и превратила его в неподвижное изваяние. Вторая была нацелена в Хьюки, но тот сумел извернуться, и заклинание лишь чиркнуло его по предплечью. Этого чирка хватила, чтобы топор вылетел из парализованной руки.
– Нет, сестра! – Лиадан перехватила в воздухе посланное Майрой заклинание и развеяла его. – Я сама! – И пояснила: – Три замороженных дварфа будут отлично смотреться у меня в гостиной. Но чтобы они простояли хотя бы пару веков, нужно препарировать их очень аккуратно… Вот так! – Оживший оптоволоконный кабель змеей метнулся в Хьюки, опутал его и вздернул к потолку, уцепившись за крюк люстры, где Хьюки и завис, будто муха в паутинном коконе.
Тем временем ворс ковра не менее качественно упаковал Гэндальфа.
На свободе остался один Карлссон. Но и его свобода выглядела очень условно. Ноги его были зафиксированы ковром, а руки заняты удерживанием Хищника.
Ведьмы с явным удовольствием понаблюдали за их единоборством, потом на сцене появился еще один персонаж – Тэм.
– А-а-а… Конструкт! Ты отлично справился с задачей! Молодец! А теперь пойди и собери то, что осталось от сестры Кайре.
– Да. – Майра поглядела на замерших в предельном напряжении троллей. – Как-то они скучно сражаются. Пора…
– По беспределу! Ответите!
Сестры воззрились на покачивающуюся фигуру на верхней ступени лестницы.
Гоша! Пьяный до полной невменяемости.
Сестры переглянулись. Майра досадливо пожала плечами.