– Помнишь, я тебе утром сказал, что еду в аэропорт получать экспонат? Так вот, экспонат этот, ожерелье, лежал в запертом кейсе. А кейс пропал.
– Как – пропал? Каким образом?
– Бесследно, – совсем уж загробным голосом сообщил Нафаня.
Кате стало его ужасно жалко.
– Ты не волнуйся, – попыталась она его утешить. – Уж тебя-то точно никто не обвинит. Что ты мог реально сделать против вооруженных грабителей? У музея есть директор, пусть он лучше следит за своими экспонатами. Мог бы и охрану с вами послать, если этот экспонат такой ценный…
– С чего ты решила, что нас ограбили? – удивился Нафаня.
Катя прикусила язык.
– А разве нет?
– Никто нас не грабил.
– Куда же вы дели ожерелье?! – воскликнула Катя.
Вот теперь она разволновалась по-настоящему.
– Как бы это выразиться… – Голос Нафани в трубке стал смущенным. – В общем, мы его потеряли.
Катя не отвечала. Что за ерунда? Если ожерелье захватили не гномы, то кто?
– Кать, да не переживай за меня! – Нафаня неправильно понял ее молчание.
– Его что, украли? – спросила привыкшая к похищениям Катя.
– Может, и украли… Не знаю. Видишь ли, Катюха… Серега просто пропал. Потерялся. К сожалению, вместе с экспонатом. Ладно, давай я тебе всё по порядку расскажу…
По инструкции сопровождающих должно быть трое. Не считая водителя. Старшим был назначен, естественно, Панихидин. Нафаня автоматом становился вторым, а третьего Панихидин попросил в Восточном отделе.
Сережа слушал с важным видом, будто и впрямь – ответственное лицо. Обхохочешься!
В аэропорту всё прошло нормально. Растаможили без проблем. Панихидин перетер с английским сопровождающим, тот убыл, а они приняли груз и поехали.
Ничего хитрого. Никаких объемных и тяжелых предметов. Нафаня с Сережей пребывали в отличном настроении. А вот Панихидин – в плохом. Начальник отдела нервничал, теребил папку с документами и один раз даже пробормотал себе под нос: «Хоть бы все это скорее кончилось!»"
"Все кончилось гораздо скорее, чем он рассчитывал, когда на обратном пути перед летящим по Московскому проспекту микроавтобусом неожиданно возникли обшарпанные «Жигули».