Люблю заводить врагов чуть ли не больше, чем друзей. Друзья любят просить в долг. Враги же приходят и уходят — не без моей помощи, — а после них остается столько всякого ценного добра.
Бер идёт рядом, вертит головой по сторонам:
— И это наш дворец?
— Это дворец милорда, — строго поправляет его Зела. — Не говори глупостей. Мы лишь будем отсюда руководить альвами от его имени.
— Ой да ладно тебе, — отмахивается кузен. — Раз мы будем здесь жить, то можно употреблять слово «наш».
В зале усаживаюсь на трон, устраиваюсь поудобнее.
— Дайте мне минуту. Хочу немного побыть с собой. А вы пока — осмотритесь, познакомьтесь с замком.
— С радостью! — отзывается Бер, и, судя по блеску в глазах, ему уже не терпится всё облазить."
"Я достаю артефакт телепатической связи. Вообще, подарок Жанны Валерьевны оказался на редкость полезным — незаменимая вещь. И ведь каждый раз думаю: надо бы наделать себе кучу запасных. Но нет, не делаю. Почему? Да потому что, как всегда, у меня ни черта нет свободного времени.
Активирую побрякушку, запускаю удалённое ментальное сканирование. Сознание уходит ввысь, как тонкий шлейф дыма, а затем расползается щупами— цепкими, колючими, цепляющимися за всё подряд. Пронзаю пространство на сотни километров вперёд, в сторону гор.
Нащупываю первый попавшийся звериный разум — и вижу глазами какой-то белки, устроившейся на скале. И вот они — караван.
Снежные великаны. Огромные, покрытые густым мехом, с плечами, шире дверных проёмов. Потомки йети Норомоса, не иначе.
Всё ясно. Снежные гости в пути. И скоро будут здесь. Очень скоро.
Отключаюсь, возвращаюсь в реальность.
— Старросты прррибыли, милорд, — громыхает Громала.
— Впускай, — киваю. Не совсем понимаю, почему она лично решила докладывать о прибытии гостей — в Шпиле, вообще-то, есть и стража, и прислуга. Но, может, считает это знаком особой преданности.
Бер и Зела встают рядом с троном. Старосты заходят в зал. Один в поношенном полушубке, залатанном на локте. Другой в меховой жилетке поверх клетчатой рубахи. И, конечно, нашёлся один в новеньком кителе с вышитым гербом филина на груди — старикашка явно решил подлизнуть как следует. Умеет.
Первый староста мнётся, кашляет в кулак:
— Спасибо тебе, господин, за тракторы и комбайны. И за искусственный свет. На улицах теперь как днём даже ночью.