Смотрю на Чилику и, не затягивая, говорю прямо:
— Ваше Высочество, боюсь, уже завтра вам придётся вернуться в свою провинцию.
Она опускает взгляд. Грустнеет.
— Уже так быстро?..
— Вас сопроводит Ледзор, — добавляю. — Если монахи снова решат напасть на колонну — он их мигом обратит в пыль.
— Да, да, хорошо, — говорит чилийка, чуть тише. — Но вы обязательно приезжайте потом. Как только закончите с Южной Обителью, ну и когда всё здесь уладите. Обещайте, Данила Степанович.
Я улыбаюсь:
— Антарктика-Чили рядом.
Она качает головой, поправляя выбившуюся прядь:
— Я не про провинцию. Я про королевство Чили. Вас там ждёт мой брат-король. Он будет рад вас видеть. И я — тоже. Я скоро возвращаюсь туда по своим делам. Прилетайте.
Киваю.
— Постараюсь, Ваше Высочество.
После чаепития выхожу на улицу. Мороз бодрит, воздух свежий, аж щёки пощипывает. Тут разворачивается очередная картина маслом: Горгон Горзул увлечённо возится со снегом. Что-то лепит с таким усердием.
Рядом, уперев руки в бока, стоит Ледзор. Лицо у него довольное.
— Это я научил змееволосого, — гордо сообщает. — Женихаться помог! Объяснил, как за девушками ухаживать. Счас подарит снеговика Змейке.
— Ох, зря ты влез в их отношения, — качаю головой.
— Да нет, всё путём будет, хо-хо, — уверенно отвечает он, не меняя позы наставника.
И буквально через секунду судьба решает опровергнуть его. Мимо проходит Змейка. Горзул, расправив плечи, выкрикивает ей:"
"— Подаррок, фака! — и с гордостью указывает на снеговика. — Это ты, самка!!!
Змейка не останавливается. Подходит. Смотрит на снеговика, на кастрюли-груди, потом резко хватает Горзула за змеиные волосы. И резко вбивает его мордой в снеговика.
Он остаётся торчать ногами вверх из снежного живота. А Змейка, сплюнув, уходит.
Силы Змейке не занимать. Да, Горзул и покрупнее будет, и ростом выше, но я же усилил её. Дар Физика дал ей вторую Силу, так что теперь в рукопашке она уложит любого Горгона.
Ледзор смотрит на торчащие ноги, медленно чешет бороду и произносит:
— Ни хрена себе, как оценила…
— Позови дежурного Целителя, — вздыхаю.
— Да, пожалуй, надо бы… — бурчит он и отходит.