– Полегчало? – спросил Даян наконец.
– Угу.
– Ну и по какому поводу ржавчина?
– А… – вздохнула Демира, – ерунда.
– Ну про ерунду это ты кому другому расскажи. Я тебя последний раз рыдающей видел, когда мать в детстве твою лошадку на живодерню пустила.
– А в этот раз на живодерню пустили меня… – вздохнула принцесса.
– Тебя так отбор допёк? Серьёзно?
– Демон, ты бы видел эти рожи сегодня! Такая аристократическая ленца, такое полное… нежелание увидеть во мне человека.
– Ну а чего ты хотела? Они нашли шанс быстрого социального-экономического трамплина.
– Я не полная дура, чтобы надеяться, будто кто-то из них меня искренне полюбит, – огрызнулась Демира. – Но вполне была готова к честной сделке на равных условиях. А не этот демонов отбор.
Раздался тяжелый вздох.
– Сама знаешь, сейчас честных сделок не с кем заключать. Был бы где ненаселённый принц подходящего возраста, уже б тебя давно замуж спровадили.
– Знаю я все. Но так тошно…
– Понимаю. Но придётся терпеть. Легче не будет. Никогда. – жестко припечатал Даян.
– Никогда… – эхом повторила принцесса и снова всхлипнула.
Вальтер тряхнул головой, и где-то там на перекладине беседки быстро-быстро рассыпалась ржавой пылью его ящерка. Он услышал достаточно, и его совершенно не интересуют личные разговоры венценосных особо.
Он никогда не задумывался, что значит отбор для принцессы. Девчонка ещё по сути, она уже сутками куёт политику, оставаясь самой бесправной участницей этого сложного процесса. А выбор спутника жизни, будущего принца-консорта, который должен был бы стать ей если не опорой, то хотя бы отдушиной, собственные родители превратили в фарс мирового масштаба.
Маг даже не понял, в какой момент ему в голову пришла эта странная и во всех отношениях неожиданная мысль, но возвращаясь в свои комнаты после тренировки, Вальтер уже принял судьбоносное решение. Он определенно должен присмотреться к соперникам, чтобы при случае помочь отсеяться совсем безнадежным участникам.