Солнечные лучики бьют в огромное окно нашей с Айдаром новой кухни и нагревают щеку.
Я нахожусь на финальной стадии произведения нового человека. Очень горжусь этим и в последние дни ловлю себя на том, что повышено сентиментальная.
Так и сейчас настроение скачет. То смеяться хочется, то плакать. Но даже слезы у меня сейчас хорошие. Главное, что мне совсем не страшно.
Занимаюсь работой с улыбкой.
Мы полгода назад переехали из квартиры Айдара в свой дом. Это был мой махр во втором браке.
В первом он подарил мне свободу, во втором — уверенность в будущем.
"Здесь все сделано так, как мне хочется. Я влюблена в каждую деталь. А еще осознаю, что вот теперь мы с Айдаром точно заземлились. Будем воспитывать своих детей и следить за разрастанием родового дерева отсюда.
Сафие тоже хорошо — у нее теперь свои личные качели и огромный двор. Она ведет переговоры с отцом насчет своего же личного пса. Я не против, но не вмешиваюсь. Пусть разбираются. Малышка учится вить веревки и торговаться, отец — сопротивляться.
Женились мы с Айдаром без помпы: расписались, посидели в ресторане, собрались и уехали в Рим.
Я даже не берусь судить, кто из нас троих был самым счастливым в той поездке. Подозреваю, все.
Вернувшись, я приступила к работе в Крымскотатарском культурном центре.
Мы с Айдаром занялись ремонтом в доме.
Беременность, как я и думала, случилась довольно быстро. Счастья было… Много.
Я сразу чувствовала, что будет девочка, Айдар долго ставил на мальчика.
Весной, как я и просила, к нам в гости приехала Лейла с Азаматом и Болатом. Смешно, но у нас с подругой снова будут дети-одногодки. Но на сей раз моя вторая девочка родится немного раньше, чем ее второй мальчик.
О родителях и брате спросить я так и не осмелилась. Выйти на контакт тоже. Единственное, я завела себе Инстаграм. Выставляю там преимущественно Сафие.
Однажды на мою страничку с совершенно пустой забрел Бекир. У меня руки дрожали, когда я следила, как знакомый до тугой боли в сердце ник без аватарки просматривает каждое видео, каждое фото и отмечает их сердцами. Но написать он не рискнул. И я тоже.