Она все делает правильно, и говорит правильно. Только та Арина никогда не просила в неё не кончать. Я, а не она думал о предохранении.
Эта Ари не допускает мысли, что у нас с ней может быть что-то большее, чем секс. Например, дети...
Заставляю себя об этом не думать. Мы потом с ней разложим все по полкам. Надо будет, сходим к психотерапевту. К той же докторше Интан.
А пока меня ждет ебучий остров. Он как проклятье висит надо мной. И забыл бы о нем навеки вечные, а не отпускает.
Упираюсь потным лбом в хрупкое нежное плечо.
Когда мы с Глебом познакомились, он уже был в разводе со своей женой. Его бывшая баловалась алкоголем, потому Глеб и отдал Арину в пансион. И я так ни разу ее не видел.
Сейчас никих проблем нет, и это хорошо, потому что знакомства нам не избежать. Я не просто так говорил Арине, что хочу видеть её Ольшанской.
Это было блядь предложение.
А раз предложение, знакомиться с будущей тещёй по любому придется.
***
— Демид, ты не представляешь, с кем связываешься, — Арина застегивает поясок платья, оно почти сухое, только немного примято.
Открываю шкаф, достаю чистую одежду.
— Правда? Не представляю? — скептически поднимаю брови. Но она явно задалась целью проговорить все от первого до последнего слова, так что я не мешаю.
— Моретти из них четверых самый опасный. Его даже свои боятся. Он подозрительный, лживый и мстительный.
— Ты так хорошо знаешь всю эту мафиозную кухню, — застегиваю ширинку на джинсах и надеваю футболку.
— Мне Винченцо рассказывал, — отвечает уклончиво, и я недовольно морщусь.
— Вичненцо? Обсуждал с тобой своих капореджиме? Но зачем?
Вижу, как она тушуется, слишком явно раздумывая, стоит ли говорить. Походу, решает, что не стоит.
Ладно, потом все равно расскажет.
— Я тебя отвезу.
— Не надо. Я доеду сама, — Арина предупреждающе сверкает глазами. И этого тоже не было в предыдущей версии.
Смотрю из окна, как она выходит из отеля и идет к парковке. Беру телефон, набираю Андрея.
— Андрюх, а пробей-ка мне этого Моретти. По максимуму.
Глава 30
Демид
Гидросамолет делает пару кругов и плавно приводняется строго в заданной точке.
В распахивающуюся дверь врывается соленый океанский бриз, и я отщелкиваю ремень безопасности.
Никогда не страдал никакими фобиями, но сейчас ловлю себя на том, что не хочу выходить из самолета.