А сейчас… Тьфу! Даже по роже съездить нельзя, нарушение прав задержанных…
— А вас в детстве били, Никита Егорович?
— Чего?… Ты мне, Света, не приплетай свой фрейдизм на мое детство. Уж у меня проблем-то таких никогда нет и не было.
— Отрицание — это уже проблема, — улыбнулась Света.
Горохов фыркнул и хотел что-то еще выдать в свое оправдание, но на его столе надрывно зазвонил телефон.
— Слушаю, Горохов! — как всегда раздраженно ответил он трубке.
Та что-то торопливо говорила мужским голосом. Судя по шипению и треску, доносившихся фоном из динамика — звонили из дежурки.
— У нас убийство, товарищи…
Глава 24
Я вскочил со стула, по спине пробежал неприятный холодок:
— Как – убийство? Надеюсь, не девушка задушена!
— Женщина… С петлей на шее… — Горохов растерянно поправлял галстук, будто он его волновал сейчас больше всего на свете. — Поехали… Дежурная машина нас уже ждет.
Собрались мы быстро и уже через пару минут сидели в дежурном “УАЗ-ике”. Кроме меня, Погодина и Горохова туда еще втиснулись дежурный опер и участковый. Приходилось и их брать теперь, после роспуска основного состава группы.
Горохов сидел на переднем сиденье, угрюмо уставившись в окно, и бесцельно разглядывал проезжающие мимо машины. Никогда я его не видел таким подавленным.
На место прибыли быстро. Труп был обнаружен в том же парке парке, где погибла Зина Рогова. На месте происшествия уже важно расхаживал Дубов, он махал руками и давал указания дежурному криминалисту и судебному медику.
Завидев нас Дубов, надулся и со злорадством в голосе выдал:
— А вы чего здесь забыли? Это наше дело… По-вашему уже душитель пойман. Ведь так?
— Не важно, — отрезал Горохов. — Какова причина смерти? Удушение? Значит, моя подследственность.
— Ну, уж нет, — ехидно улыбался Дубов. — Вот проведем вскрытие, неотложные следственные действия, опознание, и если по результатам решим, что дела объединять надо будет, то передадим его вам.
— Я не за объединение, а за правду, — угрюмо пробурчал Горохов.