- Пожалуйста, побыстрее! – упав на сиденье, прошу водителя."
"Приподнявшись, чуть высовываю голову над креслом. И к своему ужасу вижу, как из здания выбегает Глеб, за ним - охрана и немного обалдевший Леша. Снова падаю на сиденье, молясь, чтобы Агурский меня не заметил, и сама понимаю, что влипла по-крупному.
Глеб допросит сейчас моего кавалера, и тот все расскажет. А если Агурский пообещает ему Нобелевскую премию и лавры Илона Маска, то Леша лично проводит до моей квартиры. Или еще лучше, покажет, в какой детский сад ходит Аська.
Сжимаю кулаки от бессилия. Нужно придумать, что делать дальше. Так просто я не дамся Агурским. Пусть не надеются. Одно спасение – время. Прямо сейчас никто не кинется на поиски. Банкет не отменят. А значит, ночь в запасе у меня точно есть. И деньги, давным-давно оставленные мужем.
Бежать… Скорее бежать… В другой город или на другую планету. Но куда ни беги, Агурский везде меня найдет и постарается отобрать ребенка.
- Ты у них что-то украла, девонька? – наблюдая, как охранники носятся от машины к машине, насмешливо спрашивает водитель.
- Ага, - фыркаю я, накидывая капюшон шубки, - сто-пятьсот миллионов. Вот, в сумочке спрятала…
Дядька добродушно смеется. Наверняка думает, что я шучу. Но на самом деле так и есть. Моя дочка – единственная наследница рода Агурских. И семья мужа ее давно ищет. Даже награду объявили за любые сведения. Я забыла точную сумму и предпочитаю о ней не вспоминать. Вот только мы с Аськой никогда не вступим в наследство после Павлика.
«Ты - неподходящая пара для моего племянника».
А если я не подхожу Агурским, то и моя дочка тоже. Чем дальше от этой семейки и ее проклятых денег, тем целее.
Такси медленно ползет в пробке. Город забит, несмотря на субботу и поздний вечер. Ну и ничего страшного. Зато есть время разложить все по полочкам. Придумать какой-нибудь повод для мамы.
- Ты смотри, что делают! – возмущается водитель, кивая на черный Порш, объезжающий вереницу машин по встречке.
« У Агурского, кажется, Мерс», - думаю я, наблюдая, как нарушитель ПДД в последний момент уворачивается от Камаза, и снова возвращаюсь к своим мыслям.