Чёрт подери! Хочу дочь. Нет, двух. У нас с Олькой будут красивые дети. Двое, а может, трое. Семья, дети, дом. Да, это то, что мне нужно от женщины. Об остальном я позабочусь сам.
* * *После Олиного ухода на катке я пробыл недолго. К чему вымещать собственное поганое настроение на детях?
Сан Саныч внимательно смотрел на меня, пока я прощался с молодняком.
– Ты парень горячий, Кирилл, – остановил он, когда я уже собрался уходить. – Не руби сгоряча. Тебе это всегда мешало.
– Да всё нормально, – нехотя ответил я.
Тренер кривовато улыбнулся. За эти годы кем он мне только не стал: наставником, другом, опорой и поддержкой. И срать, что разница у нас чуть ли не в сорок лет.
Я крепко пожал ему руку, а он – мне в ответ.
Быть четырёхкратным олимпийским чемпионом приятно, но ещё приятнее быть уверенным, что для важных тебе людей это ничего не меняет. Кем ты для них был, тем и будешь всегда. Самим собой.
* * *По пути домой заехал в алкогольный магазин. Бар ломился от бутылок, но всё надоело уже давным-давно.
Остановился я на бутылке хорошего красного. Бокал на ночь – самое то. Куда лучше, чем закидываться валерьянкой. После возвращения с Игр нервы были на пределе, порой казалось, что я перестаю различать время суток и дни недели. Гонка по встречной – вот что это напоминало.
Только я осушил бокал, в дверь позвонили. Открыв дверь, я наткнулся на Дашку. Ну ни хрена себе!
– Ты что тут забыла? – спросил с ходу.
Мы и в школьные годы не особо ладили, потому особенно странно было видеть её на пороге собственной квартиры.
– Ничего. Разговор есть.
– Ну проходи, раз разговор.
Она зашла сама. Ждать её я не стал. Пока она возилась в коридоре, достал ещё один бокал, наполнил и подал ей, едва она вошла в кухню. Дашка взяла. Странное дело, но при всей её гламурной вылизанности неприятия она не вызывала.
– Карина беременна, – внезапно заявила она.
Я посмотрел на бокал с вином. На Дашку. Нет, чтобы такое почудилось, красного сухого точно недостаточно. Да и Дашка идиоткой не выглядела даже в школе. Сейчас до неё тоже быстро дошло, что я жду разъяснений. Правда, давать их она не торопилась. Подошла к подоконнику, села на него задницей и скрестила лодыжки. Как будто бывала у меня в гостях чуть ли не по пять раз в неделю.
– Карина беременна, – повторила она. – От тебя.