Само собой, не дождалась.
– Всё-таки журавль… – сказала она и стала спускаться по ступеням.
Я нахмурился. Догнал её и дёрнул на себя.
– Какой ещё журавль? Говорить по-человечески можешь?!
– Ты – журавль. – Она высвободила руку, поправила ремешок сумки. – Не меняются так быстро люди, Кир. – И опять чёртова пауза. Прям сцена для мелодрамы. – И людей менять не пытаются. Особенно когда они нужны. Вот и выходит, что я права: журавль для меня – ты.
– Я тебя предупреждал! – гаркнул на весь каток. Довела всё-таки, сука!
– Это так не работает! Когда люди любят! Все угрозы эти, предупреждения… – Мотнула головой с возмущением.
– Что у тебя стало получаться?! Задом вилять перед камерой?
– Ах, так ты такого мнения о том, чем я занимаюсь! Задом виляю, по-твоему?! Отлично! Замечательно! Знаешь, что?! Оно, наверное, к лучшему всё! – С каждым словом она кричала всё громче, а глаза наполнялись влагой.
В башке у меня гудело, вены повздувались."
"– Я в тебя верила! А ты… Ты просто эгоист, Кирилл! Я никогда не виляла задницей перед камерами, ясно тебе?! И я не жалею, что поехала на пробы! Пусть у меня и не получилось, но я хотя бы попыталась! И снова буду пытаться!
– Хочешь мне что-то доказать?!
– Да кто ты такой, чтобы я тебе что-то доказывала?! Иди ты к чёрту!
– Тогда на хрена ты пришла?! – Я схватил её за плечо и рванул к себе, как только она собралась уйти.
Оля всхлипнула. Слёзы вдруг потекли сильнее.
– Потому что любила тебя. И люблю. Но это уже неважно.
Секунд десять мы стояли в тишине, потом я всё-таки разжал пальцы. Вместе мы вышли в холл, но больше не сказали друг другу ни слова. У дверей Оля остановилась. Ресницы были мокрыми, в покрасневших глазах опять стояли слёзы. Она вытерла их и гордо расправила плечи.
– Я с этим справлюсь. И с этим, – вытерла снова. – И с чувствами к тебе. Буду и дальше ловить своих синиц.
– Желаю, чтобы у тебя получилось.
– Спасибо. – Оля посмотрела на выход, сделала было шаг, но вернулась. – Я правда хочу, – сказала она, коснувшись моей руки. – Мальчика, девочку… Так что…– Две капли потекли по щекам. – Не буду говорить тебе «прощай».
Коснулась моего живота и убрала руку. Оля дошла до двери, обернулась и скрылась за ней.
– Прощай, – сказал я за нас обоих.
Потому что дома меня ждала другая женщина.