Судя по горящим глазам и неожиданной красноречивости, идея обучения в одном из лучших вузов мира явно пришлась ему по душе. Кажется, я никогда не видела его таким оживлённым и счастливым. И хотя временами во мне мелькают вспышки эгоизма, я искренне стараюсь их подавить и радоваться за него — так, как радуютcя за самого близкого человека.
Тем более, я сама перевожусь в другой вуз. У меня начнётся новая жизнь, появятся друзья, увлечения и знакомства. Правда, я остаюсь здесь, и на фоне грандиозных перемен Аслана мои изменения кажутся совсем незначительными.
Дина, оправившись и переварив новость, сразу обрушивает на сына шквал вопросов: где купить билеты, нужно ли искать жильё и какую сумму взять с собой. Её нескончаемый поток продолжается полтора часа, и у меня начинает гудеть голова.
— Может, хватит? — чуть несдержанно прошу, потягивая сок. — Такое ощущение, что Аслан улетает уже завтра. А, нет, только через три недели…
Мачеха бросает на меня укоризненный взгляд, поджимает губы и начинает комкать в руке салфетку.
— Он мой сын, — по слогам произносит Дина, сверля меня взглядом. — Для тебя его отъезд — всего лишь освобождение пространства в доме, а для меня это, между прочим, потеря почвы под ногами.
Я чувствую, как к лицу приливает краска, а губы начинают шевелиться сами собой.
"На самом деле, я тоже лишаюсь важного человека — друга и любовника. Но он ведь не умирает. С ним можно будет созваниваться, переписываться и встречаться. Пусть не так часто, как хотелось бы. Но всё же.
— Достаточно, — просит Аслан, вставая из-за стола и убирая тарелку. — Правда, мам, давай в другой раз. Я сам толком ничего не знаю…
То, что он занял мою сторону, наполняет меня ликованием.
Стоя под тёплыми струями воды, я смываю с себя все накопившиеся эмоции, оставляя только самые значимые.
В планах были растяжка и медитация, но, кажется, я никогда не принимала душ так быстро, как сейчас. Желание успеть как можно больше за эти три недели буквально захватывает меня, не давая расслабиться.