С ней обходились нежно и терпеливо — нельзя было не заметить, насколько трепетно-аккуратно ее касался Сергей, насколько он позаботился о ней в первую очередь, сведя неизбежные болевые ощущения к минимуму."
"Благодарность затопила Киру с головой. Она хорошо понимала, что не всем девушкам повезло так, как ей вчера. Понимала она и то, что с любимым парнем ее могло постичь разочарование или что-то еще более неприятное. И все равно осадок, оставшийся от несовпадения ожиданий прошлого с реальностью настоящего не давал Кире покоя.
Впрочем, когда сбывались ее мечты? То-то же.
— Кира? — позвал ее Сергей, когда они почти одновременно закончили с едой и допивали остывший кофе.
— Да? — Она напряглась, уже догадываясь, о чем он наконец собрался заговорить.
Сергей, будто смущаясь, потер лоб и на миг отвел от нее взгляд.
— Ты как? Я имею в виду после вчерашнего.
— Хорошо, — ответила она поспешно. — Правда.
Во взгляде Сергея читалось беспокойство, но какое-то... Оскорбительное, да.
Мужчины не смотрят так на взрослую женщину, с которой накануне переспали.
— Точно? Ничего не болит?
Кира вспыхнула. Не от смущения. От злости.
— У меня ничего не болит, — процедила она сквозь зубы, крепче сжимая в руке чашку. — Я взрослый человек, не нужно меня опекать. От дефлорации еще никто не умирал, поверь мне. — Последние ее слова прозвучали уже с неприкрытой грубостью.
Сергей поморщился и вздохнул.
— Извини, — не очень искренне, по Кириным ощущениям, бросил он.
Кира резко его перебила:
— Только не придумывай ничего такого. Ты просто меня заинтересовал. Исключительно физически, — заметила она на всякий случай. — У меня довольно избирательный вкус, вот и все. Никаких удивительных историей о моей затянувшейся невинности нет.
— И только поэтому ты тянула до двадцати пяти?
Кира смущенно потупила взгляд. Продолжать вранье стало неудобно.
— На самом деле мне... двадцать два. Извини, что солгала. — Она вновь посмотрела на Сергея, и усмехнулась: естественно, теперь он пялился на нее как старый дед на неразумного ребенка.
— Не понимаю зачем.
Она пожала плечами.
— А ты бы стал со мной спать, зная, сколько мне лет?
Он хмыкнул. Красноречиво.
— То-то и оно. — Кира поднялась.