Он помнит? Помнит, какой чай я заваривала, когда хотела успокоиться и когда у меня голова болела?
Второе совпадение за одно-единственное утро?
— Ваш чай, — чинно выдает Софья Михайловна и прячет глаза, смотрит в пол и выглядит при этом крайне тихо, словно с нее спесь сбили, больше нет высокомерия во взгляде, откровенных выпадов в мою сторону.
А может, она видела, как Игнат меня вчера в дом нес на плече.
От этих воспоминаний внутри жар поднимается. Отгоняю мысли. Беру себя под контроль.
— Моему коту нужно место, также ему необходима еда и чистая питьевая вода, кошачий туалет еще нужно сменить.
Проговариваю всю фразу, внимательно наблюдая за реакцией женщины. Хочу понять, по-настоящему ли она смирилась с моим присутствием, но Софья Михайловна смиренно выслушивает мой запрос и кивает.
— Будет исполнено, госпожа Юсупова, есть какие-то предпочтения по маркам? Что именно следует приобрести, а также знаю, что есть специальные подушечки-домики для животных, может, что-то такое?
Чуть не роняю челюсть.
Вернее, я надеюсь на это.
Когда женщина уходит, я внимательно гляжу ей в след, пытаясь понять, что именно сейчас произошло и что мне ожидать в будущем от подобной ситуации.
Это очень странно. Вообще утро странное какое-то.
Опять возвращаюсь к еде. По мере того, как заставляю себя жевать тост и запиваю это все душистым чаем, чувствую, как прихожу в себя, как немного отпускает обруч, который сковывал голову.
Пауза между мной и Игнатом все длится. Я уже ухожу в себя полностью, завтракая, как неожиданно раздается голос моего мужа:
— Значит... Ты таки не оставила мечту стать архитектором?
Его вопрос напоминает выстрел в упор.
Откладываю ее и упираю в Игната взгляд.
— Странный вопрос. Ты сейчас решил о моей поломанной судьбе поговорить? —спрашиваю едко, намеренно ядом брызгаю, потому что самой адски больно осознавать, что все, что было ценно, я потеряла.
— Ты сказала, что хочешь восстановиться в архитектурном. Я это устроил, — говорит коротко и четко. Взгляда от меня не отводит, а я..я ушам своим не верю.