Обвиваю его ногами. Целую. Как же восхитительно. Никогда не ощущала большей наполненности. Это и есть настоящая близость. Единение чувств.
Он двигается осторожно. Следит за моей реакцией. Вначале даже не проникает на всю глубину. Покрывает поцелуями лицо. Шею. Лоно сжимается вокруг него. Как же горячо. Как сладко. Электрические импульсы идут от него ко мне и обратно. Круговорот наслаждения. Одна страсть на двоих.
— Сильнее, Марк… — шепчу, чувствуя, как нарастает удовольствие. Как меня накрывает ураган неистовых, нереальных ощущений.
— Малышка… — ускоряет ритм. Проникает до предела. В душу. Сильно. Нежно. Кричу его имя. Прижимаюсь сильнее.
В глазах вспыхивает свет. Яркий. Нереальный. Тело пронзает сладкая судорога. Лоно сжимается вокруг него, обнимает, пульсирует. Марк стонет мне в унисон. Мы пьем крики друг друга. Сплетаемся сильнее. Волны оргазма уносят нас в мир безграничного счастья.
— Люблю тебя… больше жизнь люблю… — стонет, изливаясь в меня.
— Единственный… любимый… Марк… — шепчу в ответ, вбирая в себя горячее семя.
Мы еще долго стоим обнявшись. Покачиваемся в такт неутихающим волнам наслаждения. Опьяненные. Довольные. Счастливые.
Марк…
После душа, я уложил Алису в постель, и попытался сбегать на кухню, чтобы принести поесть. Но она так вцепилась в меня, так испугалась, что я решил. К чёрту всё! Заказал пиццу. Даже открывать дверь курьеру, пошёл с девушкой на руках. Разумеется, предварительно одев её.
— Марк, неужели ты действительно отдал свой бизнес? – удивлённо спросила Алиса, после того, как каждый из нас поделился своей стороной произошедшего.
— Ну….Не совсем, — нехотя признался, боясь реакции, — На самом деле, эти твари задержаны. Мы с Борей договорились с полицией, благо связи есть. Их перехватят, когда они будут считать, что ушли. Их будут вести, но незаметно.
— А почему не сразу? Вдруг и правда уйдут! – забеспокоилась жена, и я рассмеялся.
— Пусть насладятся моментом своего триумфа. Перед тем, как попасть в ад, — видимо мой голос прозвучал зловеще, потом что Алиса посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Вы их убьёте? – прямо спросила она.
— Ни в коем случае. Смерть – не наказание, а избавление от него. Это слишком просто. Они будут страдать каждый день, и жалеть, что посмели влезть в нашу семью.
— Звучит угрожающе.
— Тебе не о чем волноваться.