Он списал мое состояние на мандраж перед потерей невинности. Повезло. Пресветлая мать, как же мне повезло!
А ведь отчасти он был прав. Этого я тоже боялась. Первый раз с мужчиной всегда волнителен для девушки, а тут еще алтарь, подмена и чужой жених. Думала ли я, что так будет, когда представляла свою первую ночь? Вот уж нет.
— Возможно, тебе стоит выпить немного вина, — сказал мужчина. — Оно расслабляет.
Я потянулась к кубку. Отличная идея. Но рука замерла, не достигнув цели.
— Я, пожалуй, откажусь, — пробормотала едва слышно, копируя голос сестры.
Повелитель нахмурился. Мое поведение его насторожило. Но не могла же я ему рассказать, что мне нельзя поднимать фату!
— Я тоже не буду вино, — он отодвинул от себя кубок. — Только воду. Пусть голова будет светлой.
Я кивнула. Просто замечательно, что он сам нашел объяснение.
От воды я тоже отказалась, как и от еды. Мужчина, видя это, мрачнел все сильнее. А я сидела бежевым истуканом, мечтая провалиться сквозь землю. Дышала и то через раз.
Но вот ударил колокол и церемониймейстер объявил, что пришла пора второго обряда.
Прежде чем мы покинем зал, гости по традиции должны поздравить нас и пожелать счастья.
На какое-то время толпа поздравляющих разделила нас с повелителем. Именно тогда ко мне подошел брат.
— Долгих тебе лет жизни, сестра, счастливого брака и многих детей, — сказал Тим дежурную фразу.
— Благодарю, — кивнула я. И только после сообразила, какую допустила ошибку.
Всего одно слово, а Тим вдруг замер и уставился на меня. Кому, как не брату, узнать мой голос, сколько бы я его не подделывала. Кому, как не ему, отличать нас с сестрой даже под завесой фаты.
— Лина? — прошептал Тим одними губами.
— Умоляю, молчи, — я вцепилась в отвороты его камзола. — Ни слова больше.
В шумной толпе на нас не обращали внимания. Никого не насторожили объятия и долгие поздравления от брата.
— Что вы наделали? Зачем? — не унимался Тим.
— Алтея погибнет на алтаре, — пояснила я.
На лице Тима возникло понимание.
— Старшая сестра как всегда думает лишь о себе. Она погубит вас обеих своей глупостью.