"
"Она нетерпеливо переминалась, стоя у шатра, в котором предлагалось белье, глаза ее жадно разглядывали выставленные образцы, а загребущие ручки тянулись оценить качество моделей на ощупь.
Гвардеец покосился на шатер, на блаженное лицо объекта охраны, вздохнул и, сказав: «Ждите здесь, госпожа Саммерс!», растворился в толпе.
Вынужденная задержка привела Светлану в чувство, она огляделась вокруг и не найдя ничего подозрительного, решила проверить свои финансы. Заглянув в свой кошелек на веревочке, она прикинула, что потратила почти половину всех монет, что брала с собой.
Подошли два гвардейца. Один остановился возле Светланы, второй зашел в шатер, внимательно в нем огляделся и вышел.
— Идите, госпожа, — вынес он свой вердикт.
Светлана радостно пошла внутрь в царство женских радостей. Помня о своем намерении рационально распорядиться оставшимися деньгами, она остановилась на трех комплектах белья, после чего, выбрав еще несколько пар чулок, тяжело вздохнув, направилась на выход.
Но не успела. Пока она была увлечена примеркой бюстиков, корсетов и панталон, в шатер зашли еще две дамы. Сейчас они перебирали пояса для чулок и самозабвенно сплетничали.
— … и Лорд Феарлесс устроил настоящий допрос с ментальными пытками! — трагическим тоном вещала высокая, излишне худощавая женщина, перебирая тонкими длинными пальцами разложенные пояса.
— С пытками?! — дама, похожая на сдобную пышечку — маленькая и пухленькая, сделала испуганные глаза и прижала к груди зажатый в руках ярко-розовый пояс с розовыми же кружевами.
— Да, — со знанием дела кивнула первая, — Сюзи сказала, что пытали всех слуг два дня и две ночи, и не давали в это время им ни есть, ни пить, ни спать!
— Ох! — пышечка еще сильнее вцепилась в розовое безумие, — а спать-то почему не давали?
Светлане тоже стало интересно, и она остановилась неподалеку, сделав вид, что заинтересовалась подвязками.
— Так чтобы они не сопротивлялись внушению! Им же потом внушили, что ничего не было! — так же уверенно заявила худощавая собеседница. — Все слуги в замке драконов теперь ничего не помнят о пытках!
Пальцы тощей дамы на миг замерли над белоснежным поясом для чулок и теперь любовно расправляли и поглаживали его кружева.