Светлана прижала его к себе и стала увещевать, как обычного кота:
— А может тебе молочка налить? Конечно, молочка! Пойдем, малыш, попросим добрую тетю Пенелопу налить тебе вкусненького молочка какого-нибудь странного животного.
Она устроила котеночка поудобнее, чтобы не уколоться хвостом, развернулась, готовая нести бедолажку к «доброй тете Пенелопе», и замерла на месте. На нее смотрело очередное чудовище. Огромная крылатая пантера с бордо-красным отливом шерсти прижимала к земле передние лапы и била по сторонам внушительным шипастым хвостом, готовясь броситься в бой за своего котенка.
Мантикора тихо двинулась следом. Затем резко остановилась, подняла морду и принюхалась. Затем недоуменно покрутила головой и принюхалась снова. И так, постоянно принюхиваясь, двинулась на Светлану.
— Хорошая киса, хорошая, — бормотала Светлана, отступая, пока не уперлась спиной в забор рядом с копной сена. — Я сейчас положу твоего котенка обратно, хорошо? Я не вкусная, не надо меня кушать…
Светлана понимала, что несет бред, но не могла остановиться, тем более что чудовище остановилась и заинтересовано ее слушало.
— У меня еще дел много, меня никак нельзя есть, понимаешь? У меня ребенок болеет, убийцы не найдены и, вообще, заговор назревает.
Светлана присела, чтобы вернуть детеныша мантикоры обратно в траву и в ужасе отшатнулась назад.
Завалившись на спину, Светлана не выпустила котенка и по-прежнему прижимала его к груди. Мантикору вид лежащей девушки с сынком на груди привел в абсолютный восторг, что и выразилось в активном вылизывании их обоих.
— Фу! Фу, перестать! — Светлана вытерла с лица следы кошачьей радости и села.
Мантикора сидела рядом, преданно заглядывала в глаза и …. виляла хвостом. Она виляла своим шипастым хвостом!
— Так, дай-ка я встану! И не виляй хвостом, пожалуйста, он у тебя с шипами, между прочим! И вообще, ты ужасно себя ведешь, плохая, непослушная кошка.
Светлана хотела продолжить привычную фразу «приличные собаки себя так не ведут», которую тысячу раз выговаривала псу своей свекрови, но не смогла. Сначала она не поняла, почему не может произнести фразу, а потом…
— Жужа? — она присела на корточки рядом с кошкой и уставилась ей в глаза.