Девушка выглядела так, будто была не слишком трезвой, но алкоголем от нее не пахло.
- Ты где была? Почему опять только под утро появилась? – зло спросил Руслан.
- В клубе. У Алины был день рождения, - равнодушно ответила Саша. – А я должна отчитываться перед тобой?
- Ты должны не шляться каждую ночь, где попало! – рявкнул он."
"- Не лезь ко мне. – Саша не без труда поднялась с пуфика и, размахивая сумочкой на серебристом ремне, пошла в свою комнату. Походка ее была нетвердой.
Руслан схватил сестру за руку.
- Ты меня слышишь? – прошипел он. – Больше не куда не пойдешь.
- А ты мне запретишь? – рассмеялась Саша. – Слушай, Русик, не надоедай мне нотациями. Ты только приехал, а уже мне надоел.
- Уедешь со мной в Москву, - сказал Руслан.
Вместо ответа Саша расхохоталась.
- Иди ты. Мне и тут хорошо.
- Я серьезно. Что с тобой случилось? Ты употребляешь? Эй, отвечай мне!
- Иди ты, - вырвала руку сестра. – Я спать. Не лезь ко мне. Живу, как хочу.
- Ты ломаешь свою жизнь.
- Ну не твою же! Так что иди в задницу, братик.
- Что бы сказала мама, если бы увидела, как ты живешь? – прищурился Руслан.
- Не говори о ней.
- А твой этот Барс? Прикинь, как бы он офигел, если бы увидел тебя такую, - продолжал он.
- Замолчи! Просто закрой свой рот и не лезь ко мне! – закричала вдруг Саша, настроение которой мгновенно изменилось.
Она швырнула сумочку на пол и в слезах убежала в свою комнату. А Руслан остался в гостиной, в бессильной ярости сжимая кулаки.
На первом курсе Сашу снова понесло.
Из девочки-ангела Саша превратилась в девочку-оторву.
- Твою ж мать, как все достало, - стукнул кулаком по стене парень и тоже ушел к себе. Заснуть не мог – у него вообще были с этим проблемы. Просто сидел у окна и думал о Полине.
Руслан не мог определиться, что чувствует к этой девчонке с большими синими глазами.
Полина напоминала ему мать своей стойкостью и внутренней силой.
Она стала для него примером. Тем человеком, который никогда не ломался. А ведь он так хотел сделать это тогда, в школе. И не смог. А потом еще и заступился за нее.
В тот момент, когда ей, наконец, могли сделать больно, он вдруг понял, что не хочет этого.
Сначала Руслан гнал мысли о Полине прочь.