– Полина, все будет хорошо! Поняла?
Она закивала, не отрывая от него взгляда. Воздух между ними искрился. А от невозможности просто обнять друг друга, сводило мышцы.
Андрей лениво подошел к девушке, сел на корточки и заглянул в глаза.
- Ты ведь все знаешь, Полина, - ласковым отеческим тоном проговорил он. – Расскажи мне обо всем. Где Сперанский? Зачем он отправил своего сыночка обратно? Что происходит? Ты же умная девочка. Понимаешь, что вы оба в опасности. Но если ты скажешь правду, я отпущу вас обоих. Даже разрешу уехать из города.
Полина кивнула, и Андрей снял с ее лица скотч, заставив дернуться – вероятно, от боли. Но говорить она с ним не собиралась.
- Ты больной ублюдок, - словно рассерженная кошка, прошипела Полина, с ненавистью глядя на отчима. Если бы не связанные руки, она бы кинулась на него и расцарапала глаза.
- Я ожидал другого, дорогая падчерица."
"- Ты просто последняя мразь! – хрипло продолжала Полина. – Думаешь, это сойдет тебе с рук? Нет! Ты за все ответишь, козлина! За все, понял? Дима! Дима! – закричала она, глядя на любимого.
- Малышка, - улыбнулся Барс, глядя на нее. Это слово само сорвалось с его разбитых губ. – Все будет хорошо. Поняла меня?
Он что-нибудь придумает. Выкрутиться. Спасет ее.
- Молчи, не говори ничего!
Андрею надоело, что падчерица кричит, и он дал ей хлесткую пощечину. Такую, что ее голова откинулась назад.
- Рот закрой, дура. Иначе я сам тебе его закрою.
- Отпусти нас, иначе пожалеешь. Клянусь, - пообещала Полина. – Я тебя сама убью, если ты моего Диму хоть пальцем тронешь. Понял?
- Так, диалога у нас не получится, - скорбно покачал головой Андрей. – Так и не научил тебя манерам, Полина. А ведь я хотел, как лучше. Начинайте, - велел он охранникам. Встал и поднял на ноги сопротивляющуюся Полину.
Крепко удерживая девушку, он поставил ее напротив Барса. Схватил за лицо, чтобы она не могла отвернуться, и прошептал на ухо:
- А теперь смотри, что с ним будет, пока ты молчишь.
Андрей заставлял Полину смотреть на то, как избивают ее любимого человека. Она видела это и плакала. Ее трясло от ужаса. Для девушки это стало настоящей пыткой.