Увидев нас, он подбежал, обнял обеих за ноги и заревел за компанию.
- Не плачьте, не плачьте! – говорил он сквозь слезы. – Не надо плакать!
Наверное, мы успокоились только благодаря Женьке. Он не понимал, что с нами, и успокаивал как мог. Даже любезно предложил свои любимые машинки, которые никому не давал.
- Не будь с ним такой же, как со мной, - сказала я, когда брат унесся в другую комнату. – Не оставляй одного, как бы больно тебе не было.
- Не оставлю. И тебя – тоже, - твердо пообещала мама. Я ничего ей на это не сказала – просто помогла собрать кое-какие вещи.
Когда все было готово, раздался звонок, а следом – шум на лестничной площадке. Мама открыла дверь, не понимая, что происходит, и тут же раздался истеричный голос матери Андрея.
- А ну, пусти меня в квартиру, шалашовка! – с ненавистью орала Фаина Андреевн. - Сына моего посадила, думаешь, безнаказанной останешься? Да я тебя уничтожу, стерва! И дочь твою проклятую! А внука заберу! Поняла меня?! Отпустите меня, уроды! Это квартира моего сына! Моего Андрюши! Каждого уничтожу, каждого!
Видимо, она узнала о том, что произошло, и пришла, чтобы устроить скандал, а может быть, и драку.
"- А папа с нами поедет? – спросил Женя, когда мы все вышли из подъезда.
- Конечно, - улыбнулась мама.
- А почему бабушка кичала? – не унимался братик. – Я испугался.
- Бабушка не кричала. Бабушка просто громко разговаривала.
- А Лина поедет с нами? Лина, поехали! Будем вместе игать.
- Я приеду в гости, - потрепала я брата по волосам.
- Может быть, все-таки поживешь с нами? – в который раз спросила мама. Ей было тяжело отпускать меня снова. Но я покачала головой.
- Нет, мам. Я должна быть рядом с Димой.
- Оставайся на связи, прошу, - взмолилась она. Я кивнула в ответ.
Мама и Женя уехали на одной машине, а меня посадили в другую и повезли в полицию – трехэтажное унылое здание, в котором я провела довольно много времени, рассказывая следователю о том, что произошло. Как Крет и обещал, этим делом занялись правоохранительные органы. И при его содействии дело обещало получить широкую огласку.
В полиции я была до самого вечера.