Просто исподлобья смотрела на Есина, и он, наткнувшись на мой взгляд, вдруг отвернулся. Будто не выдержал его.
Я опустилась на свое место. Рядом было пусто. И позади – тоже. Леха ведь больше с нами.
- Сяду к тебе, - сказала я Диларе и кинула рюкзак на ее парту.
- Ольга Владимировна не позволит, - вздохнула она.
- Плевать. Я сама себе позволю, - ответила я.
В класс вошли Милана и близняшки. Увидев меня, они переглянулись и поспешили к нашей с Диларой парте.
- Мне так жаль, что Барс умер, соболезную, - сказала Милана, коснувшись моего плеча, и меня почему-то передернуло от этого.
- Спасибо, - ответила я.
- Понимаю, что мы с вами были в плохих отношениях, - продолжала Милана, - но хочу, чтобы вы знали, девочки. Мне правда жаль.
- И нам жаль, - подхватили близняшки. – Это просто ужасно!
- Если я могу тебе чем-то помочь, только скажи, - улыбнулась Милана.
Я ничего не ответила – лишь кивнула, выкладывая из рюкзака вещи.
Следующим, кого я увидела, был Егор Власов. Он вошел в класс легкой беззаботной походкой короля жизни, слушая музыку через дорогие беспроводные наушники.
Меня поглотила злость – такая что лицо начало гореть, а кончики пальцев, напротив, стали ледяными. Я поднялась из-за парты и направилась к нему, не слушая тихие протесты Дилары, которая все поняла. Остановилась напротив, склонив голову на бок. И улыбнулась.
- О, привет, новенькая, - ухмыльнулся Власов, с любопытством разглядывая меня.
- А как ты думаешь? – спросила я чужим голосом. В этот момент меня раздирала на части ярость, и я едва сдерживала себя.
- Думаю, плохо, у тебя же умер парень, - с фальшивым сожалением сказал Власов. – Прими соболезнования.
- Обойдусь без них.
- Тогда что ты хочешь? – просил Власов.
- Сколько тебе заплатили за то, чтобы ты наговорил журналистам фигню о Диме? – прямо спросила я, чувствуя непреодолимое желание ударить его, да как можно больнее.
- О чем ты? – поднял бровь Власов.
- Не придуривайся. Я тебя узнала.
На лице одноклассника расплылась улыбка, которая сделала его красивое лицо отвратительным. Он склонился ко мне и прошептал на ухо:
- Прилично, Туманова. Хватило на новый айфон и аирподсы.
- С этого момента береги себя, Егор, - тихо сказала я. – Оборачивайся по вечерам. И не ходи один.
Улыбка исчезла с его лица. Он ждал, что я начну кричать, истерить или плакать. А я угрожала.