"
"- Он сам виноват, - жестко ответил Руслан. А потом вдруг добавил: - Жалко, что он действительно наш отец. Не хочу быть на него похожим.
- Мы определяемся нашими поступками, - ответила Саша, глядя в окно, за которым начал накрапывать дождь. – Ты другой, Русик.
- С чего ты решила? Может быть, я такое же дерьмо, как и он, - усмехнулся парень.
- Папа не любит никого, кроме себя. А ты любил маму. И меня тоже. Наверное, - улыбнулась Саша. – Эй, ну чего ты мочишь? Сказал бы, что тебе дорога твоя сестра!
- Ну так, - неопределенно отозвался Руслан и получил от Саши подзатыльник.
- Эй, я тебя сейчас высажу и пешком пойдешь! – возмутился он.
- Не высадишь! Я твоя младшая сестра, и ты должен меня защищать! – рассмеялась Саша.
- Это меня нужно защищать от тебя. Сиди тихо! – прикрикнул на нее Руслан, впрочем, без злости. Говорить о своих чувствах он не умел.
- А с кем ты вчера переписывался? С какой-то девчонкой? А покажи ее фото? – продолжала веселиться Саша.
- Отвяжись.
- Ну скажи, мне ведь интересно!
- Отстань, сказал!
- Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!
Они препирались больше получаса. А потом Саша уснула – до этого не спала всю ночь. Когда она проснулась, обнаружила, что на коленях у нее лежит плед. Брат накинул его, чтобы она не замерзла.
Эпилог
Месяц спустя
Из тату-салона мы с Димой выходили счастливые. На наших запястьях появились парные татуировки – два летящих навстречу друг друга маленьких самолетика.
Мы все-таки стали мужем и женой, но обошлись регистрацией и небольшими семейными посиделками в ресторане. Мы и этого не особо хотели, но моя мама и мачеха Димы настояли.
Я знала, что Сперанские собираются покинуть страну. То, что когда-то принадлежало отцу Димы, а затем было «приватизировано» Захаром, возвратилось Владимиру Сперанскому обратно и теперь активно продавалось. Но часть недвижимости он неожиданно оставил сыну.