Так приятно видеть тебя за решеткой. Мне теперь придется мыться целых три часа, чтобы избавиться от вони, но это того стоит.
– В таком случае прошу меня простить, но я сяду в уголок и сделаю вид, что читаю книгу, - выпалила Софи. - Мне в отличие от вас не доставляет удовольствия вас лицезреть!
Она прошествовала в угол камеры и уселась на шаткую трехногую табуретку - единственный предмет мебели, - стараясь держаться с достоинством. Араминта ее победила, что верно, то верно, однако не смогла сломить ее дух, и Софи намеревалась дать ей это понять.
Она сидела, скрестив руки на груди, спиной к двери, ожидая услышать удаляющиеся шаги. Не раздались. Араминта по-прежнему стояла возле камеры.
Наконец, когда прошло уже минут десять, Софи не выдержала и, вскочив, крикнула:
– Почему вы не уходите?
– Я думаю, - ответила Араминта, склонив голову набок. Софи хотела спросить о чем, но почему-то побоялась.
– Интересно, как там живут, в Австралии? - задумчиво проговорила Араминта. - Я там, естественно, никогда не была, да и никто из моих знакомых, людей культурных и цивилизованных, тоже.
Но что Араминта думала, так и осталось тайной - надо сказать, к счастью, поскольку, произнеси она еще одно слово, и Софи не выдержала бы, бросилась бы на нее и попыталась придушить голыми руками. Из-за дверей донесся какой-то шум."
"– Какого черта?! - вскричала Араминта и, попятившись, заглянула за угол.
В этот момент Софи услышала голос, такой знакомый и родной.
– Бенедикт… - прошептала она.
– Что ты сказала? - спросила Араминта, но Софи ее уже не слушала. Вскочив, она бросилась к решетке и прижалась к ней лицом.
– А я вам говорю, пропустите нас! - бушевал Бенедикт.
– Бенедикт! - крикнула Софи.
Она уже забыла, что не хотела, чтобы именно Бриджертоны увидели ее в такой ужасной обстановке. Забыла, что считала, будто у нее с Бенедиктом не может быть будущего. Сейчас она могла думать только об одном: он пришел за ней, он здесь! Если бы Софи могла вышибить головой решетку, она бы это сделала.
Послышался громкий звук удара, потом глухой стук, как будто тело свалилось на пол, быстрые шаги, и наконец…
– Бенедикт!
– Софи! Господи! Как ты? - Просунув сквозь прутья решетки руки, Бенедикт обхватил Софи за щеки. Губы его нашли ее губы, однако поцелуй получился не страстным, а полным ужаса, смешанного с облегчением.
– Мистер Бриджертон? - взвизгнула Араминта.