— Вике было очень непросто. Еще и Танюшка… Столько всего навалилось, что…
Мама Вики примчалась тотчас. Даже объяснять ничего не пришлось, хоть Вика и пыталась. Тараторила в динамик, спешно рассказывая сразу обо всем — предстоящем разводе, Таниной беременности, обо мне…
— Если бы не Танечка… Хорошо, что она более сговорчивой оказалась. Как только Вика ушла из дома, она мне сразу позвонила. Так, мол, бабуля и так… Родители разводятся, у меня скоро мачеха новая будет — молодая, интересная. Крутая, в общем, — со слезами в голосе произносит она.
— Ох, не знаю, Ольга Петровна… И в юности Виктория такой была.
— Ну, иди… Ты же с Таней хотел встретиться?
— Звоните, если что-то потребуется, ладно? Я вещи позже привезу.
Погруженный в дурные мысли, сажусь за руль и возвращаюсь в ресторан.
— О, Дамир Романович! Как там мама? Бабуля молчит как партизан. Наверное, боится, что и я…
— Танюш, мама спит сейчас, ей успокоительное назначили. Ты как? Ничего не болит?
— Нет, конечно. Я бы сказала. Дамир Романович, а вы можете подстраховать меня? Что-то я боюсь с папой встречаться. Мало ли… — стыдливо отводит взгляд Таня. — Его курица могла все, что угодно наговорить…
— Ты права.
— Да. И он совсем не удивился, когда я предложила поговорить там. Мне кажется, папа знает, что я у вас работаю.
— Не уверен, что у него есть информаторы. Да и незачем ему за вами следить. Ладно, Танюш. Пойду в кабинет, поработаю.
— Заскочу за вами в шесть, окей?
— Окей.
Погружаюсь в работу как в омут: смотрю отснятый для кулинарного шоу материал, обсуждаю с поставщиками условия сотрудничества и просматриваю резюме на вакантную должность кондитера.
— Дамир Романович, нам пора идти, — заглядывает в кабинет Татьяна.
— Ничего себе, я заработался. Идем. Ты папе не писала? Не хочу, чтобы он нас увидел вместе."
"— Писала. Сказал, что задержится. Так что… Будете сидеть за соседним столиком и наблюдать. Может, журнал возьмете? Чтобы лица не было видно. Он хорошо знает вас и…
— Не волнуйся ты так. Не заметит он меня. В «Карамели» всегда народу полно.