Но даже если бы ты и сумела, ты не сможешь заставить себя убить меня. В последний момент снова дрогнешь.
Нет, на этот раз я не буду колебаться, вот чего он не понимал. Он допустил ошибку, когда вовлек в это дело Лиссу, и это все изменило. Ее жизнь оказалась под угрозой, а в этом случае я не стану колебаться.
Дмитрию, видимо, надоело дожидаться меня – он бросился вперед и снова потянулся к моей шее. И снова я уклонилась, так что вся сила удара пришлась на плечо, но на этот раз он сумел вцепиться в него и рванул меня к себе.
Вот только, как выяснилось, не он один хотел добраться до меня. Второй стригой, возможно рассчитывая помочь Дмитрию, протолкался к нам и потянулся ко мне. Дмитрий с выражением яростной ненависти обнажил клыки.
– Мое! – прошипел он, ударил стригоя, чего тот явно не ожидал и…
…при этом открылся. Отвлекшись на мгновение, он слегка ослабил хватку. Та самая теснота, которая так затрудняла мои действия, вдруг обернулась мне на пользу.
Никогда впоследствии я не могла точно оценить, сколько времени заняла последовавшая за тем цепочка событий. Казалось, что всего миг, но при этом возникло ощущение, будто время остановилось и весь мир вокруг замер.
Мой кол устремился к нему, и, снова обратив на меня взгляд, он, по-моему, поверил, что я убью его. Я не колебалась. Острие приближалось к его груди…
И тут что-то с силой ударило меня справа, отбросив прочь от Дмитрия.
И это именно они меня толкнули.
По-моему, Дмитрий удивился не меньше. А еще больше он удивился, когда к нему с колом в руке устремилась Лисса. Словно вспышка молнии, меня благодаря нашей связи озарило понимание того, что на протяжении всего последнего дня она очень, очень старательно скрывала: она сумела напитать кол энергией духа! Вот почему во время последней тренировки с Грантом и Сереной она была так взвинчена.