Обычно в такое позднее время посетителей не принимают, — доброжелательно произнес один из стражников.
— И по всем вопросам нужно обращаться к агаси Михнебу. Он будет утром. Лишь через него можно попросить о личной встрече с акифом, — разъяснил второй. — Возможно, он сумеет организовать вам визит на завтра.
— Нет-нет, завтра не надо. Вы тогда доложите акифу, что я приходила, но мне было не назначено, и я ушла, — радостно произнесла я, не веря собственному счастью.
Вот и выход! Сейчас поезжу по городу до утра и сообщу Тиуссону, что я приехала во дворец, а меня не приняли.
Для начала мы оба надерем зад Адаранту.
Под изумленными взглядами стражников я развернулась и чуть ли не вприпрыжку от счастья направилась обратно.
— Айна!
Сделала вид, что не услышала.
— Капрал!
Я оглохла. Мало ли сколько гуляющих капралов под стенами дворца…
— Капрал Маллинг! — догнал меня стражник, преграждая дорогу.
— Маррингл, — недовольно поправила я."
"— Капрал Маррингл, давайте вы пройдете и подождете, пока мы уточним насчет вашего визита.
На мою беду они решили перестраховаться и не отпускать странную посетительницу.
— Вы же говорили, что мне не назначено и что акиф так поздно не принимает.
— Мы уточним. Пройдемте.
Я бросила тоскливый взгляд в сторону паланкина. А свобода была так близка! И нехотя поплелась за стражником. Упрямиться дальше не имело смысла. Одно дело — уйти, когда не пустили, а совсем другое, когда предлагают задержаться и все выяснить.
Меня передали другим стражникам. Я еще раз назвала свое имя и рассказала про приказ явиться во дворец. О причинах молчала как рыба, отделываясь фразой «Приказ командира». Под стражей повели длинными коридорами и оставили ждать у дверей. Вскоре один из ушедших стражников вернулся и повторил просьбу ждать здесь. Сам с товарищем ушел.
И понимай как хочешь! То ли примут меня, то ли нет?! Вскоре дверь открылась, и…
— Зейд?! — изумилась я, не веря глазам.
Действительно он. Без головного убора, и распущенные волосы чуть влажные.
— Вы у акифа гостей встречаете? — вырвалось у меня от неожиданности, и я мысленно отругала себя за глупость. Ведь видно, что отнюдь не прост.