Так что ждет Нинку веселая жизнь. И чего жалеть этих дур? Они при квартирах, при тряпках. А главное – они молодые. И совесть Нинку не мучила – каждый выживает, как может. Дурила этих кретинок? Конечно. Наживалась на них будь здоров. Да, повезло ей с ними.
Аля чувствовала, что «дружба» с Нинкой к хорошему не приведет. С одной стороны, ей было легче – зная, что почти каждый вечер после работы Нинка у Оли, можно было идти домой отдыхать и заниматься, пить чай с ба, читать книги и думать о Максиме. Но на душе было неспокойно.
"Однажды Аля не выдержала, в одиннадцать вечера рванула к Ольге, почуяв беду. Открыла дверь, и в нос ударил запах кислого, перегара, дешевого вина, стойкий, впитавшийся в мебель, уже не выветривающийся запах ядреного табака – запах притона, каким Аля его представляла.
Аля услышала странные звуки. Зашла во вторую комнату, и перед глазами предстала картина: на стуле перед шкафом, зажав в зубах потухшую сигарету, покачиваясь, нетвердо стояла Нинка. Верхние полки шкафа были открыты. На полу валялась кучка вещей: плед, Катина лисья меховая шапка, старая сумка из крокодиловой кожи, привезенная из Восточной Азии – Катя ее обожала, – одинокий сапог ярко-рыжего цвета и еще какие-то тряпки.
Посредине комнаты стояла большая, размером со средний чемодан, наполовину наполненная сумка.
Аля встала на пороге комнаты. Не помня себя от гнева, она закричала:
– Тыришь, гадина? Все тебе мало! И так Ольку обокрала! Обдурила, обмишурила, а все мало, да? Теперь воровать принялась?
Нинка растерянно моргала.
Аля бросилась к двери, закрыла ее, ключ положила в карман.
Взяла телефонную трубку и набрала 02.
– Это милиция? Приезжайте, пожалуйста! У нас ограбление! Да, вора удалось задержать! Я? Я соседка, зашла случайно. Да, у меня есть ключи. В доме живет инвалид, молодая женщина после аварии. В общем, диктую адрес.
Не беспокойтесь, моей жизни ничего не угрожает! Спасибо, жду!
Нинка, спрыгнув со стула, на коленях подползла к Але и заверещала.