Или будет?
Славка смотрела в потолок и видела на нем этот день год спустя. В извилистые трещинки аккуратно вписывались Катюшкины легкие кудряшки и ее, Брониславы, счастливая улыбка.
Спасибо старой карге «Урсуле» за визит, но предложение ее так себе, вроде обмена звонкого голоса на пару ножек из русалочьего хвоста.
Бронислава видела эту сказку по-другому.
Глава 21. В игру вступают профи"
"– По паспорту господин Георгий Хатуев, Гога Хатхи – это прозвище, которое он изобретательно использует, – пересказывала я Сашке за ужином то, что сама узнала.
– Как вы яхту назовете, так она и поплывет, – кивнула Сашка, поливая отварной рис соевым соусом так щедро, что в ее тарелке, право, только яхты и не хватало.
– По отзывам знающих его людей, этот Гога – заносчивый, самовлюбленный, эгоистичный, избалованный тип, – продолжила я.
– Звучит заманчиво. – Сашка подняла голову. – А годков ему сколько?
– Фу, Саша! Сорок два ему!
– Да, старый, – вздохнула бестактная дочь. – Но продолжай, продолжай…
– Он, этот Гога, суперкоммуникабелен. Обаять кого-то – ему как раз плюнуть, а потом он засыпает нового знакомого «тайными знаниями» о пользе ЗОЖ и духовных практик.
– Фто ва повоффифы?
– Не разговаривай с набитым ртом! Помощницы его – милые девушки спортивного плана, как правило, реальные учителя и инструкторы по йоге, гимнастике, фитнесу. Они занимаются с людьми и одновременно с проведением занятий и практик собирают о них информацию.
– Фафем?
– Затем, чтобы покрепче прикрутить человека к этому так называемому «духовному сообществу».
– А-а-а! – Сашка хлебнула морковного сока, и над губой у нее остались смешные рыжие усы.
Я потянулась, чтобы их вытереть.
– Я сама. – Дочь отняла у меня салфетку, истребила забавное сходство с комдивом Буденным. – Короче, это что-то вроде секты, да?
– Похоже, – согласилась я.