Пусть поживут в спокойной Армении, у дочки астма, а там живительный воздух…
Виктор Афанасьевич Булавин явился строго в назначенное время, сидел прямой, как штык, с каменным лицом, однако беспокойная жилка на виске выдавала волнение. Нижнюю часть лица обрамляла окладистая бородка, придающая Булавину отдаленное сходство с последним российским императором.
– Я вас нигде не мог видеть, товарищ майор? – спросил Булавин.
– Вполне допускаю, – уклончиво отозвался Алексей. И тут же пошутил: – Лучше не вспоминайте, а то я вас тоже вспомню.
– Да, это Приморский район, – сухо кивнул Булавин. – Райотдел милиции восстановили в первый же день после освобождения города, и мне предложили занять старую должность.
– Вы были награждены орденом Красной Звезды?
– Да, но не знаю, чем я был лучше других. Я получил его через неделю после взятия Одессы на объединенном собрании городского партхозактива и представителей военного командования. Формулировка: за заслуги в деле обороны СССР в военное время.
– Искренне рад за вас. Верю, что награда заслуженная. Трудно сейчас в милиции, Виктор Афанасьевич? – Алексей покосился на погоны подполковника, украшающие темно-синюю облегающую форму.
– Боюсь, никакими словами не выразить, с чем нам приходится сталкиваться, – без выражения усмехнулся Булавин. – В каком-то смысле в военное время было легче – мы всегда знали, где враг.
«А так ли это?» – подумал Алексей.
Болтуном подполковник милиции не был, отвечал лаконично, смотрел настороженно.
До войны Виктор Афанасьевич возглавлял милицию Приморского района, а если точнее, с 1940 года. Военная карьера не задалась, в Гражданскую командовал артиллерийской батареей в армии Буденного, потом окончил командирские курсы, руководил учебным центром в Забайкалье, где готовили артиллерийские кадры, потом ушел со службы.