Никому я этого не рассказывала…
Покрошенный пучок зелени одним движение летит в красивую прозрачную чашу. На его место ложится болгарский перец. Нож ритмично стучит по разделочной доске…
— Я была одержима.
… и смазывает по пальцу.
— Бл*ть!
Кидает раздраженно его в раковину.
— Очень весело! — недовольно разворачивается ко мне.
— Ммм… нет, было не очень.
Кровь падает крупными каплями на пол. Мне парадоксально хочется ее слизать…
— Ладно. С чего ты это взяла?
— Автоматизмы, галлюцинации, голоса, тяга к минеральной еде… Голос, вернее.
— Парафрения?
— Да, да… Кандинского-Клерамбо.
— Автоматизмы?
— Мхм… Лунатизм, причинение себе вреда, автоматическое письмо… Обширные мигрени, кровотечения…
— Официальный диагноз?! Тебя лечили?
— Шутишь? Нет, конечно!
— Очевидная шизофрения на фоне истероидности! — прищуривается. — Ты знакома с терминологией. Знакома хорошо. А это главный симптом.
— Истероидности? Разочарую тебя. Истероиды делают это, чтобы быть замеченными, так?
— Так…
— Попытки завоевать внимание.
— Почерк был твой?
— Графолога мне было взять негде, поэтому я изучила графологию сама. За месяц. Это был не мой почерк. Мужской, зрелый, намешанный с латиницей.
— Покажи мне эти письма!
— Я их сожгла.
— Кровотечения, мигрени… Как могли не заметить родители?
— Мне было одиннадцать. Было много противоречивых симптомов. Год по больницам. Предварительный диагноз — опухоль мозга. Но он не подтвердился. А через год я научилась справляться с ним и контролировать свое тело.
— Кем — ИМ?
— Темным… — всматриваюсь в его глаза.
Не веришь… Ищешь логических объяснений. Я тоже искала.
— Почему ты не сказала родителям сама."
"— Мой Темный мне объяснил как меня будут лечить в случае подтверждения диагноза шизофрении. Показал мне этих людей, которые лежат под препаратами как овощи… Предупредил. И я отказалась от этой идеи. Ладно, ты не парься. Этой проблемы больше нет. А «судороги», которые к моему большому сожалению ты лицезрел — это… После того, как я избавилась от этого существа, у меня осталась дыра в астральном теле, где он присоединялся.