За ночь мы все успокоимся, обдумаем, слова и решения, и будет проще выйти из этого с наименьшими потерями. Как потом оказалось, не все я учла.
Когда зашли в комнаты Сергея, передо мной во всей красе встал вопрос - как спать будем? Спальня, как и кровать, была одна. Ну, вот что за жлобство такое? Нет, чтобы ещё одну спальню мужику добавить? Ну и что, что не женат был? Может, человек желает спать в разных кроватях, по четным числам в одной, по нечетным - в другой? Так, бурча про себя и сама, понимая абсурдность своих мыслей, я готовилась ко сну.
"Проходя мимо полуоткрытой двери в гостиную, заметила Сергея, сидящего на диванчике и беседующего с котом. Кот внимательно слушал монолог моего супруга, и по его морде было видно, что он довольно скептически относится к словам Сергея. Ладно, потом мне перескажет Федька. А вот вид диванчика навёл меня на злорадные мысли - спать моему муженьку придется именно на нем! И, как только ушла горничная, и зашёл в спальню мой кот, в навострившегося сюда же муженька полетела подушка, а следом - одеяло.
Ночью я слышала, как он там, на коротком и узком диванчике крутится, ворчит, потом он упал с грохотом на пол. Но в спальню не ломился, выдерживал характер, хотя с его габаритами вышибить двери, да ещё такие хлипкие - раз плюнуть. Но он не стал этого делать, что, как ни странно и удивительно, злило меня.
Рано утром меня разбудил Фиодор, ему срочно надо было посетить удобства. Сонная, спотыкаясь, открыла ему дверь на выход, осторожно выглянула в гостиную. Муж спал на диване, согнувшись в три погибели, закутавшись с головой в одеяло. Замёрз, бедолага. В гостиной и впрямь было прохладно, очевидно, печи ещё или только затопили или вовсе не топили ещё. Вздохнув, поплелась назад в теплую постель, нырнула на свое угретое местечко, повозилась чуток и уснула.
Вновь проснулась только через пару часов от какого-то фырканья. Приоткрыв один глаз, увидела, что Сергей, одетый только в одни бриджи, умывается холодной водой, яростно отфыркиваясь. Невольно засмотрелась на его фигуру - с хорошими мышцами, нигде не видно никакой рыхлости или жирка, присущего некоторым русским помещикам, узкая талия, пара белых, старых шрамов на лопатке и плече.