– Девять случаев из десяти. – Он пожимает плечами. Меня выводит из себя то, как негативно он относится к браку.
– Нет, это неправда. – Я складываю руки на груди.
– Ты опять собираешься ругаться со мной по поводу женитьбы? Не думаю, что стоит это делать, – предупреждает Хардин.
Он встречается со мной взглядом и глубоко вздыхает.
Хочу поспорить с ним, доказать, что он ошибается, и заставить его изменить свое мнение о браке, но я знаю, это бессмысленно. У Хардина сложилась такая точка зрения задолго до того, как он встретил меня.
– Ты прав, нам не стоит об этом говорить. Особенно когда ты уже издерган.
– Я не издерган, – с усмешкой говорит он.
– Хорошо. – Я закатываю глаза. Хардин вскакивает на ноги.
– Перестань мне тут глаза закатывать! – набрасывается он на меня.
Не могу не закатить их снова.
– Тесса… – рычит он.
Я стою на месте, без движений и без колебаний. У него нет причин быть со мной грубым. Не моя вина, что Макс – напыщенный ублюдок. Это типичная истерика Хардина Скотта, и в этот раз я не отступлю.
– Ты здесь всего на одну ночь, не забыл? – напоминаю я, и вижу, как с его лица сходит суровость и воинственность.
Он все еще смотрит на меня, ожидая ссоры, но я не собираюсь ругаться.
– Черт возьми, ты права. Прости, – наконец вздыхает он, поражая меня внезапной сменой настроения и способностью успокаиваться. – Иди ко мне.
Хардин раскрывает объятия, как делает всегда, и я иду к нему, как давно не шла. Он ничего не говорит, только обнимает меня и кладет подбородок мне на макушку.
– Прости, что вел себя как дурак. Сам не знаю, что со мной было. Макс просто вывел меня из себя. Может, дело в сидении с ребенком или в этой паскудной Стэйси. Не знаю, но прости.
– Саше, – с улыбкой поправляю я.
– Без разницы, шлюха – шлюха и есть.
– Хардин!
Я мягко бью его в грудь. Чувствую, что его мышцы крепче, чем я их запомнила.
– Просто сказал. – Он пожимает плечами и проводит кончиками пальцев по моим скулам. – Мне правда очень жаль. Я не хочу портить время, которое могу провести с тобой. Простишь меня?
На его щеках появляется румянец, а голос становится таким мягким.