Демоны, оказавшиеся внутри моих куполов, выли и царапали их когтями, но не могли ничего поделать. Вот один растворился в небытие, а вслед за ним и его соратники…
— Осторожно! — вскрикнула я, когда ледяной вихрь, посланный единственным оставшимся в живых демоном, едва не захлестнул Дэйна. Нет, ты не посмеешь убить его, не посмеешь! Из моих дрожащих рук вырвалась целая волна антимагии и с силой ударила по врагам…
Стало вдруг тихо, звеняще тихо. Я упала на колени, упёрлась ладонями в землю, тяжело дыша. Голова кружилась, и мне казалось, что я сейчас умру.
Кто-то поддержал меня, помог встать на ноги. Я вцепилась в коричневый кожаный рукав, хрипло выдохнула:
— Где… Дэйн?
— Он жив, — коротко ответил Хэг-Дааль.
Спотыкаясь, я бросилась к моему дракону, сидевшему на земле. Он держался за плечо, и по испачканной рубашке его расползалось тёмное пятно крови.
— Ты ранен! — Я неуклюже обняла его, чуть не плача. — Надо спуститься ниже… туда, где в деревнях живут люди… найти лекаря!
— Я пока не смогу лететь, — сквозь зубы проговорил Дэйн.
— Пусть это вас не беспокоит, — церемонно, как всегда, произнёс за нашими спинами Хэг-Дааль. Я заметила, что он поднял с земли мой талисман и рассматривал его, держа за ленточку. — Я отнесу вас… обоих. Думаю, у меня хватит сил, — опередил он мой вопрос.
Шагнув к нему, я протянула руку за талисманом, испытующе глядя Хэг-Даалю в лицо. Он помедлил, усмехнулся и уронил нагретый металлический цветок в мою ладонь.
"— Вы нам поможете? — недоверчиво уточнила я, оглядываясь. Демоны были уничтожены, и солнце стало ярче сиять, а холод отступил, сменяясь знакомым весенним теплом.
— Конечно, помогу, — и Хэг-Дааль посмотрел на меня так, как обычно смотрел наш гость Хэльгрен: открыто и бесхитростно. — Я ведь за этим и прилетел.
Он с трудом, но дотянул нас до ближайшей жилой деревни. Узнав, что к ним пожаловали драконы, да ещё и победившие демонов, которые могли начать охоту на людей, крестьяне высыпали из своих домов.
— Почтенные гости, — захлёбывался он словами, — не угодно ль… в моём дому… и лекаря сейчас позовём!
Вскоре суета улеглась, и мы устроились в просторной и довольно уютной комнате, где пол устилали чистенькие лоскутные коврики, а кроватью служила широкая скамья с цветастым покрывалом и подушками.