— Я знал, что ты будешь сердиться, Верховная. Но мы не могли поступить иначе. Сейчас ты напугана, почему-то рвёшься обратно, к своему похитителю, вместо того, чтобы радоваться, что сама от него сбежала… как же нам обращаться с тобой, Верховная? Ты не в себе! Он проник в твой разум, используя чары…
Я выпрямилась и сжала кулаки. Если б только антимагию можно было использовать, как магию, эти «спасители» полетели бы вверх тормашками!..
— Дэйн не проникал в мой разум и никаких чар не использовал! Да, он похитил меня и принёс в свой Замок, но обращался со мной как с гостьей, а не как с пленницей.
Лысый мужчина переглянулся с теми двумя, покачал головой и обернулся ко мне.
— Верховная, драконы — враги людей, и если в нашем мире этих тварей удалось истребить давным-давно, то здесь, увы, они повелевают миром. И творят всё, что захотят! Так как ты можешь утверждать, что крылатое чудовище не причинило тебе зла? Мы ведь ни за что не поверим!
— Клянусь, — пробормотала я, слыша, как гулко стучит сердце в груди, — Дэйн не сделал мне ничего плохого. Отпустите меня, чтобы я могла вернуться к нему.
— Сбежала, но хочет вернуться, — вздохнул лысый.
— Ладно, — я скрестила руки на груди. — Только, может быть, представитесь сначала? Мне неловко разговаривать с незнакомцами.
— Будем знакомы, — не стал возражать лысый, — я — Гэрхол. Умею внушать любые мысли, какие только захочу, любому человеку.
— И это вы внушили господину Энери, чтобы он пленил дракона, — тихо сказала я.
— Всё так. А пленил он чудовище с помощью одноразового артефакта, принадлежавшего Арлиду, — Гэрхол кивнул на высокого, нескладного мужчину с лохматыми пегими волосами. Арлид неловко буркнул:
— Угу.
— Птичка, которая приносила вам письма, тоже принадлежит ему, — продолжал объяснять Гэрхол, — её зовут Эсми. Очень сообразительное создание, так и не попалась в лапы дракону.
— Дэйн не убивает маленьких птах, — возмутилась я.