Лешка усмехается, быстро и жадно целует с такой яростной страстью, что опять ноги подкашиваются, затем отпускает и подталкивает к коридору. Молча. И я иду, тоже молча. В голове пустота. Полный штиль. Стараюсь твердо печатать шаг, идти ровно и смотреть равнодушно. И постоянно себя одергивать, чтоб не потрогать губы, искусанные моим бешеным любовником. Шагов за спиной не слышу, значит, Лешка еще не вышел, или другим путем двинулся.
С каждым метром, приближающим к ярко освещенному залу, стараюсь обрести еще большую уверенность в себе.
- О, невеста моя, - усмехается он, а я в очередной раз поражаюсь, насколько симпатичного, в общем-то, парня, искажает гримаса, сразу выдавая его истинное лицо.
"Он хватает за руку, тащит куда-то, в сторону от зала, где уже вовсю танцуют. Я оглядываюсь, выискивая высокую строгую фигуру поблизости, но никого нет! Даже служащих, официантов, охраны! Никого! Все словно вымерли враз!
Вовка тащит за собой, делает больно, а я решаю, что пора сопротивляться. А то, мало ли, он дурак, конечно, и, судя по идиотскому смеху, которым сопровождается мое похищение, явно еще и принял что-то.
Торможу, приседая и стараясь вырвать руку, но Вовка оказывается неожиданно сильным. Он прет меня в сторону одной из высоких дверей, наглухо закрытых, бормочет что-то злобное, не обращая внимания на крики и возражения.
- Да прекрати ты уже, придурок! – рычу я, царапая ногтями его руку и прикидывая, не упасть ли мне на колени? Волоком же не потащит.
- С козлиной этим уже все решено, - смеется Вовка, - борзой очень, но дурак. Один ходит… А ты, невестушка, сейчас будешь бабки отрабатывать. А что ты думала? Потратила лям моих личных бабок, я тебе это просто так оставлю? Не-е-е… За все надо платить, кукла!
- Отвали, придурок! – меня продирает морозом от осознания его ужасных слов.