И Чапай, обернувшись, увидел невысокую худенькую женщину с длинной косой, уложенной на затылке.
– Мама, – подскочила Ольга. – Это Василий Иванович Архипов. Я рассказывала тебе о нем.
Женщина внимательно всмотрелась в лицо Чапая.
– Мария Ивановна, – представилась смущенно. – Спасибо, что спасли мою Олюшку. – Мать потянулась к Чапаю и, обняв, поцеловала.
– Вы к нам в гости? – просто поинтересовалась она.
– Я за Ольгой, – сразу заявил Чапай. – Хочу на ней жениться.
Потом всей квартирой долго сидели за столом. Соседи кричали «горько!», а Архипов обнимал невесту и крепко целовал.
– Больше бегать за тобой не стану. Этот раз первый и последний. Уйдешь, пеняй на себя.
Чапай, отогнав воспоминания, охнул, повернулся на бок и со вздохом мысленно отметил, что следующий раз случился через три месяца, когда выяснилось, что жена беременна. Он тогда сразу велел: «Увольняйся!», но его тихая Олюшка категорически отказалась.
– Мне нужно доработать до конца учебного года, – попыталась объяснить она. Но Архипов даже слышать об этом не желал."
"– А если кто-то толкнет? – взревел он и сам, заехав к директору школы, все решил полюбовно. Василий Иванович наивно полагал, что жена обрадуется, и очень гордился собой, когда, вернувшись домой, сообщил ей, что вопрос улажен. Ольга взглянула на него отрешенно и кинулась в комнату. Чапай зашел следом и, увидев, как она достает из-под кровати коричневый чемоданчик, процедил:
– Я тебя предупреждал.
Жена кивнула надменно.
– Только на это и надеюсь!
Даже сейчас, по прошествии чуть меньше сорока лет, Василий Иванович почувствовал, как грудь распирает от ярости.
Он тогда шагнул в коридор и сорвал с телефонного аппарата трубку. Вызвал Кузнецова с машиной на ночь глядя.
– Отвези на станцию Ольгу Сергеевну, – велел он и, дождавшись, когда жена уедет, выскочил из квартиры. Его душила злоба, и от охватившего бешенства, казалось, сейчас остановится сердце.