Услышав вежливое «спасибо», адресованное бармену он снова обратил свой взгляд на соседку. Лица её толком не было видно - волосы, падающие на одну сторону, закрывали его. Он вернулся к своему столь же увлекательному занятию, как у неё. По-видимому, у них была одна цель – напиться в одиночестве. И не собирался ей мешать, но, услышав её красочные высказывания, не удержался, и развернулся к ней всем телом. Это не осталось незамеченным, и она посмотрела на него.
«Господи, что ты здесь делаешь?» – первое, что пришло в голову, когда он заглянул в её голубые глаза.
«Райская птичка» запорхнула явно не туда, а может и туда… Вот только зачем?
Прошептав извинения, эта занятная дамочка снова отвернулась.
Высказывания про дьявола развеселили. Чем дольше он смотрел на неё, тем больше она его интересовала. Хоть в баре и был приглушенный свет, всё же не заметить привлекательность молодой особы было невозможно. Весь её вид ярко контрастировал с этим местом. Зелёное платье выгодно обрисовывало фигурку, подчёркивая хрупкость и соблазнительные формы.
- Он искушает меня, - таинственно сообщила дамочка и улыбнулась бармену, принимая очередной бокал мартини с дополнительной оливкой.
- Может, поделитесь, в чем состоит искушение? – копируя её таинственный голос, спросил он, пригнувшись к ушку.
В голове девушки образовался лёгкий туман, и идея найти себе на эту ночь мужчину уже не казалась столь абсурдной. Эта мысль уже имела реальные очертания, странным делом совпадающие с образом собеседника. Собравшись с духом и не давая себе опомниться, нарочито медленно она окинула мужчину придирчивым взглядом.
А он как тот самый демон-искуситель, будто зная, в чём состоят её терзания, промолвил ей на ухо бархатным голосом:
- А знаете, какой самый верный способ справиться с искушением?
- Знаю, поддаться ему.
- В чём проблема? - Он пожал плечами и взял свой бокал, намереваясь отпить какой-то тёмной жидкости.
- Я хочу заняться с Вами сексом, - тщательно выговаривая слова, сказала она.
Рука его замерла, а потом он вернул бокал на стойку, так и не сделав ни одного глотка; улыбка сошла с лица, и невольно взгляд застыл на фужере, на ярком отпечатке помады, оставленном её губами.
- Не нужно так шутить.
- А я и не шучу, - проговорила она как можно непринуждённее, хотя внутри всё всколыхнулось. Стало даже страшновато, но сказанного не воротишь и адреналин уже нёсся по венам, будоража кровь.
- То есть ты хочешь просто снять меня на ночь.
- Да, я хочу снять тебя на ночь.