Все как в записках Кареонуса, здесь имелось отверстие, которое пронзало конус до самого верха. Бран достал из-за пазухи увесистую и довольно толстую пластину, размером с книгу. Вытащив из ворота цепочку, на которой висел белый цилиндрический кристалл, мужчина сорвал ее с шеи. Кристалл занял свое место в круглом отверстии в центре пластины и засветился…
… Аринэль даже не понял, что случилось. Перед глазами что-то ослепительно сверкнуло, а в следующее мгновение поверхность боевой галереи стала наклоняться. Парень взмахнул руками, стараясь поймать равновесие, но твердь под ним стала натурально расползаться.
Крик застыл где-то в сухом горле. Он вместе с лавиной обломков ухнул вниз. Мимо пролетел еще кто-то, отчаянно матерясь. Приземление вышло жестким, он грудью ударился о камень, по шлему вдарило так, что в глазах на миг потемнело. Его протащило еще чуть и пылевое облако накрыло тяжелой удушливой волной.
Аринэль, находясь в прострации, вяло пошевелился и закашлялся.
«И что это за дерьмо было?!»
Сбоку раздался стон.
«Похоже ребрам тоже песец».
Пыль потихоньку оседала. И открывала совершенно неприглядную картину. Стены не было. Только угловая башня каким-то чудом все еще маячила на фоне неба. О, Даиэль.
Эльф лежал присыпанный кучей мелких камней, ноги ему придавила глыба побольше, с коня размером.
«А это что за черт?!»
Толстый желтый луч, как-то неспешно и величаво упал с небес. Через некоторое время донесся глухой гул, перекатами, словно сотня негромких раскатов грома. А в следующую секунду еще что-то грохнуло и тоже, словно через подушку, то есть явно громко, но далеко.
Реальность как будто застыла, замерзла в хрустальном льду. Даже пыль, казалось, перестала медленно клубиться…"
"Парня передернуло, когда раздался слитный такой и как будто вездесущий стрекот. Раздались многочисленные удары по дереву, а на гребне завала, в которую превратилась стена, появились на фоне серого неба силуэты антов. Рука Аринэля на рефлексе дернулась к сломанном колчану…
Стрелы. Они летели в антов почему-то извне.