– С ума сошел, – у Тиграна нервно заходили желваки на скулах, – зачем она тебе? Горец за нее яйца отрежет и в ноздри вставит.
– Да что ты мне тычешь все время своим Горцем? – вдруг озверел Колдун и бросил в Тиграна фишками. Теперь он выглядел совсем невменяемым. – Что вы все хвосты поджали перед этим ссыкуном? Город ему сдали, столичные тут хозяйничают. Это мой город, понял? И я его верну.
– Все поменялось, пока тебя не было, – зло ответил ему Тигран. – У нас хоть какие-то понятия были, а те двое вообще безбашенные.
Те двое – Макс и Тимур? Да уж, хорош парень из соседнего двора…
– Ну так иди, лижи зад своему Горцу, – Колдун повернулся к Динке и посмотрел на нее как на призовой трофей.
– Пойдем, Колдун, – не унимался Тигран, пока тот не разразился в его адрес отборнейшим матом, смысл которого был лишь в указании направления следования.
Тигран вскочил, дал знак охране, и они покинули казино.
– Играй, – рыкнул Колдун, падая назад за стол.
Динка подала ему колоду, он врезал маркером, специально целясь так, чтобы попасть ей по ладони. Одно слово, больной. Проиграв еще сотню, он поднялся из-за стола.
– Ты едешь со мной, – ее даже не спрашивал."
"Его трое бойцов тоже встали, окружив Колдуна. Динка с отчаянной надеждой всматривалась в дверной проем, ведущий из холла. Но там по-прежнему было пусто и тихо.
– Оглохла, что ли? За мной иди. Ты с Горцем тоже так тупишь? – он уставился на нее своими неестественными зрачками-точками.
– Я не пойду, – негромко сказала Динка, лихорадочно выискивая хоть какое-то средство защиты.
Взгляд упал на ящик, привинченный снизу стола, куда дилеры бросали купюры, если игрок изъявлял желание разменивать деньги за столом.
Деньги опускались в узкую щель и проталкивались деревянной лопаткой с держателем. Динка медленно и незаметно положила руку на держатель. Колдун некоторое время сверлил ее взглядом, а затем сделал шаг навстречу.
– Не зли меня, – предупредил и махнул пистолетом.
Динка закрыла и открыла глаза, сжала лопатку, размахнулась и со всей силы вдавила ее Колдуну в кадык. Со всей силы – громко сказано, видать, силы не очень много, потому что тот даже не покачнулся.