Пока она ехала, сделал жене промывание желудка. Даша рыдала и кричала:
— Ненавижу тебя! Ненавижу!
— Тихо, Алиса все слышит, ради бога, тихо, — уговаривал ее Дима. Потом не выдержал и в сердцах сказал: — Эгоистка! О ребенке хотя бы подумай! Мамочка заболела, — сказал он испуганной Алисе, которая босиком стояла в коридоре, переминаясь с ноги на ногу.
С неделю Даша пролежала в больнице. Все эти дни она корила себя. Сама ведь училась на психолога и не смогла справиться со своими чувствами! А еще издает журнал с уклоном в психологию! Но стоило только закрыть глаза, как Даша видела Дана, выходящего из офиса под руку с ослепительной Анжеликой, и с губ невольно срывался стон.
Потом у Даши наступила тяжелейшая депрессия. Ей ничего не хотелось, она часами лежала, отвернувшись к стене, журнал «Я моя» загибался.
— Я не хочу больше слушать твоих возражений, — решительно сказал Дима. — Иду в турагентство и покупаю тебе путевку.
— А как же Алиса?
— Мы справимся. Мама приедет.
— И куда я поеду? — вяло отнекивалась Даша.
— В Египет. На Красное море. Говорят, оно очень красивое.
— Одна? — испугалась она.
— Одной и в самом деле нехорошо будет, — нахмурился Дима. — А я уехать из Москвы сейчас не могу. Отпуск мне никто не даст. Поедешь с сестрой.
— Со Светкой?
— А что? Плохая компания?
— Нет, отчего же. А деньги?
— Дан сказал, что поездка в Египет стоит дешево. Они с Анжеликой там были уже три раза. Теперь предпочитают Европу.
— Дан сказал! — горько улыбнулась Даша. Кажется, Дима так и не понял, из-за чего она пыталась покончить с собой.
…Это было ее второе море. Оно действительно оказалось необычайно красивым, бирюзовым, а в воде, как в аквариуме, плавали затейливые рыбки. То, что ее сестра — плохая компания, Даша поняла сразу, с первого же дня. Арабы не пропускали ни одну смазливую туристку, в особенности если женщины отдыхали без мужчин. Это было сродни зеленому сигналу светофора: путь открыт!
Даша брезгливо сторонилась, когда служащие отеля и торговцы в лавчонках становились слишком уж навязчивыми, зато Светка совершенно ошалела от такого внимания мужчин и отрывалась вовсю.