Но его голос, словно гром среди ясного неба:
— Прости…
Совсем не хочется уточнять, за что именно он просит прощения, я и так откровеннее, чем мне хотелось бы быть откровенной вслепую.
— Полагаю, они не в восторге от твоего обмана, — нарушает затянувшуюся тишину Элор. — Не в восторге, но должны понимать мотивы. А вот причину нынешнего отстранения вряд ли понимают. Они — последние из близких тебе прежней существ. Они стары, значит, у них не так много времени на общение, и нежеланием встречаться ты лишаешь их этого.
Об этой стороне вопроса я не задумывалась. Краем сознания понимала, но…
Жгучий стыд захлёстывает внезапно. Всего лишь приступ быстро подавленной эмоции, но он теснит страхи:
— Хорошо, я с ними встречусь.
— И если переживаешь за негатив в их эмоциях — отгородись от них хотя бы на первую встречу.
— Отличное предложение сходить полюбоваться закатом вслепую, — пытаюсь пошутить я, чтобы смягчить напряжение, но получается как-то… неубедительно.
Даже мне самой это выражение и интонации кажутся фальшивыми.
Нащупав меня в темноте, Элор придвигается ближе, вовлекая меня в ореол своего тела:
— Обижаться и злиться на кого-то не значит не любить. Если не можешь не смотреть — смотри глубже.
А что мне остаётся?
* * *Утром решимость встретиться с Толисом, Дербеном и Наей благополучно улетучивается.
Да, я понимаю, что делаю им больно своей отстранённостью.
Да, я понимаю, что у них осталось не так много времени.
Но…
Стоит ли мне появляться у них, рискуя ощутить душевную боль их отторжения, стоит ли восстанавливать их привязанность ко мне, если я собираюсь в опасное сражение? Не сделаю ли я им хуже своим появлением до того, как разберусь с Неспящими?
Поэтому утром вместо посещения дворца Аранских я напоминаю Элору о необходимости проверять наших подданных в собственном дворце и распоряжаюсь о традиционном завтраке.
Элор, странно на меня посмотрев, соглашается отложить визит.
После скучного и бесполезного завтрака я напоминаю, что мне надо провести запланированную тренировку, ведь важно быть в форме на случай участия в бою.
Аргумент просто неоспоримый, и Элор опять соглашается.