Пальцы Элор чуть крепче сжимаются на моей ладони, рыжие волосы и фигура постепенно растворяются во мраке. Ответ звучит осторожно, взвешенно:
— Не думаю, что ты так уж мне доверяешь. И ты… как-то замедленно реагируешь на всё, словно не можешь решить, что ответить, что сделать. Так было первые годы твоей службы. Я полагал, это последствием гибели семьи, одиночества. Но теперь понимаю, что ты тогда примерялась к роли брата, примерялась к постоянной лжи.
— Намекаешь, что я стала примеряться к роли избранной и постоянно лгу?
— Тебе не надо примеряться к этой роли, потому что это не роль: ты моя избранная.
— Если не нравится — больше не буду, — против воли получается немного обиженно.
— Нравится, — Элор со вздохом притормаживает и гладит мою ладонь в своей руке. — Нравится. Но смущает время, когда это всё проявляется. Такое чувство, что ты награждаешь меня за помощь с вампирами.
— И манипулирую, — напоминаю я.
Продолжая спуск, Элор некоторое время молчит. Потом отзывается:
— Все манипулируют. Так или иначе. Я тоже.
— Тогда в чём дело? Тебе не нравится ни моя холодность, ни моя… податливость. И как мне себя вести?
— А как ты хочешь себя вести? Меня последнее время тревожит ощущение, что ты всё, кроме мести, делаешь неискренне, только потому, что надо и должна. Всё измеряешь неведомыми стандартами, тщательно взвешиваешь и отмеряешь, и всё это — исключительно разумом.
— Ну, извини, я не могу по щелчку пальцев взять и превратиться в безмозглую драконессу, чтобы соответствовать твоим представлениям о драконессах."
"Элор усмехается довольно добродушно и щелчком пальцев разжигает магические сферы, так что на каменную площадку пола мы спускаемся уже при их ярком белом свете.
Масштаб проделанных работ впечатляет: уже сформирован и отстроен центральный зал, в котором рассыплют золотые монеты для подстилки.
Мы с Элором находимся в кольце довольно широкой каменной галереи, и Элор тянет меня не в центральную часть будущей норы, расположенную почти под дворцом, а идти в обход, мимо только намеченных комнат. Магические сферы плывут за нами, дробя тени на несколько трепещущих фигур.