Солнечный свет играет на паркете и золочёных рамах картин, высвечивает узоры обоев. Новодрэнтский дворец немного мрачен, в нём не хватает простора и света имперского дворца, но он по-своему интересен. Здесь не меньше всевозможных гостиных и залов. Правда, большая их часть занята людьми, и вскоре я оказываюсь в полных ими коридорах.
Передо мной расшаркиваются и раскланиваются, разглядывают украдкой. Страх поселившихся здесь людей не так силён, как раньше. Похоже, их впечатлило то, что мы с Элором за всё время совместного с ними проживания никого не покусали, не затоптали, голов не отгрызали, спонтанно не превращались и в целом никому особо не мешали.
А может, сыграло роль то, как Элор обращался с человеческими детьми.
Но факт — до предобморочного состояния моё появление никого не доводит.
Главное, чтобы подобное расслабленное настроение наших врагов не посетило.
Двери нужной мне гостиной я распахиваю телекинезом.
Сидящая на диванчике женщина лет ста поднимается, чтобы тут же опуститься в реверансе. Синее платье придаёт строгости её облику и более глубокий оттенок серым глазам. Адалия Вар-Элхар произносит глубоким грудным голосом:
— Для меня честь пообщаться с представительницей великого рода Сиринов.
Не лжёт.
«И от величия рода Сиринов остаётся лишь память», — невольно приходит в голову, сжимает тоской сердце: на мне этот род пресечётся.
— Можете подняться, — разрешаю я, раз уж Адалия предпочитает даже в приватной беседе пользоваться полным протоколом.
Адалия Вар-Элхар выпрямляется.
Вдова, она при её миловидной внешности (и её ментальных способностях) вполне могла бы выйти замуж ещё раз и обзавестись ребёнком, чтобы продолжить род, но предпочитает хранить верность рано почившему супругу. Хотя в её семье есть ещё кому передать способности потомкам.
Мельком глянув на закрывшуюся за мной дверь, Адалия демонстративно медленным жестом наводит заглушающие чары.
Молча жду объяснений, и Адалия моё время попусту не тратит, сразу переходит к делу:
— Я пришла к вам от лица ваших подданных менталистов.
Насколько мне известно, она — не самая влиятельная менталистка в Новом Дрэнте.
Либо она говорит не от лица всех моих не слишком многочисленных подданных менталистов. Либо прислали её, чтобы не провоцировать ревность Элора.
Любопытно.