– Разве мы бы для вас пирогов не затеяли?
- Вот и затейте на завтра с ягодами, - отрезала Минодора. – А сегодня я из пекарни пирогов поем.
Она хлопнула калиткой и медленно пошла по улице, гордо приподняв голову. Но как только девушка зашла за угол дома, куда и делась ее показная неспешность. Минодора оглянулась, подобрала юбки, после чего помчалась в сторону пруда, благодаря Бога, что все получилось.
Бесстрашный кавалер уже ждал ее под густыми косами большой ивы. Увидев Минодору, Жариков заволновался, шагнул ей навстречу, но девушка толкнула его обратно.
- Не приведи Господь, увидит кто!
- Да, да… я понимаю вашу осторожность… - закивал мужчина и тут же обижено добавил: - Вот только я ведь с серьезными намерениями! Или вы не верите мне?
- С серьезными намерениями сразу к родителям идут, а не в кустах разглагольствуют! – язвительно произнесла Минодора. – Вы зачем меня позвали?
Сыщик растерялся, его щеки вспыхнули, выдавая крайнюю степень смущения.
- Вы, конечно, правы, Минодора Васильевна.
Девушка почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Неужели? Случилось! Случилось, Господи!
- И зачем вам мой батюшка? – кокетливо поинтересовалась она.
- Буду просить вашей руки. Я как увидел вас, так и загорелся тем самым пламенем, которое во все времена опаляет сердца влюбленных! – выдохнул сыщик, осторожно беря Минодору за руки. – Вы согласны стать моей, Минодора Васильевна?
- Да! – воскликнула купеческая дочь, но тут же испуганно отступила от него.
- Вот значит как… - Жариков нахмурился, но на его лице появилось упрямое выражение. – Только вы меня плохо знаете, Минодора Васильевна! Я отступать не привык! И от вас я не откажусь!
- Да что же вы сделать сможете? – от волнения у девушки закружилась голова.
- А это вы мне оставьте. У меня свои способы имеются, - сыщик прищурился. – Обещаю вам клятвенно! Моей будете!
Он вдруг впился в ее губы страстным поцелуем, а потом быстро пошел прочь, заложив за спину длинные руки."
"А Минодора прижалась спиной к толстому стволу ивы и прикрыла глаза. От счастья ей было нечем дышать, перед глазами плавали разноцветные круги, но страх за свое будущее все равно червячком точил девичью душу.