– Одни проблемы с тобой! Гадкая, гадкая приживалка!"
"Она выскочила из комнаты, придерживая подол длинного платья, и я услышала, как поворачивается в замке ключ.
Так без паники. Что было до этого? До того как я увидела эту невменяемую? Что-то случилось… Но что?
Приходил Махмуд, мы ругались… Он схватил меня, я отбивалась… Все. На этом воспоминания обрывались.
Ладно… Он меня придушил? И что? Я в больнице?
Я принялась щипать себя за тонкие ручки, но кроме естественной боли ничего больше не чувствовала.
- Ах, зараза! – воскликнула я, потирая места щипков.
Потом я подошла к окну, открыла его и высунулась наружу.
- Чего-о?! Да что здесь происходит?!
По каменной мостовой разъезжали старинные экипажи, прохаживались дамы в дурацких платьях с кружевными зонтиками, а мужчины вообще казались полными идиотами в светлых панталонах и шерстяных фраках с высоким воротником-стойкой. На их головах красовались цилиндры с широкими полями.
- Я поняла… это реконструкция! – на секунду на меня накатило облегчение, но тут же испарилось.
Вернувшись в кровать, я задумалась.
Вопросов была куча, а ответов не одного. Не иначе моя душа в чужом теле…
От этой мысли мне стало дурно. Ага, как же, а еще скоро появятся гномы и эльфы. С крылышками.
Хорошо, пусть я в чужом теле. Хотя бы предположить же такое я могла? Могла. Как быть?
- Не высовываться… - ответила я сама себе. Но это было очень сложно. Место незнакомое, люди тоже. Да ещё и я не отличалась покладистостью. Скорее, даже наоборот.
Только сейчас я почувствовала головную боль, которая нарастала с каждой минутой. Что тетка сказала? Я ударилась головой.
Ощупав свою рыжую «маковку», я обнаружила на затылке шишку с грецкий орех. Ого!
Дверь скрипнула, и в комнату вошел молодой человек, похожий на каланчу. Высокий, неуклюжий из-за длинных рук, он нервно их потирал, а его огромный кадык неприятно двигался вверх-вниз. Волосы незнакомца были прилизаны, а светло русые редкие бакенбарды торчали в стороны.
- Ну что, допрыгалась? – оскалился он, демонстрируя мелкие желтые зубы. – Будешь знать, как отказывать мне. В следующий раз может быть и хуже, Оленька. Советую тебе хорошенько приголубить своего братца, и, возможно, я оттаю… Иди, поцелуй меня, или еще чего лучше…
Его глазки масляно забегали, он облизнулся, протягивая ко мне руки.
Что? Приголубить?
- Сейчас я тебя приголублю, - я медленно поднялась с кровати.