Я сознательно пошел на этот шаг, понимая, что если Жанна начнет примерять белье, мы надолго застрянем в примерочной.
– Кольцо, – шепчет Жанна, опустив взгляд в пол.
– Что, прости?
– Ты спросил, что я хочу. Я хочу кольцо.
Пожимаю плечами и легким кивком даю отмашку консультанту. Кольцо так кольцо. Я уже решил, что Жанне быть. Значит, быть во всех смыслах. В том числе и официальном. Это просто вопрос времени.
– Возьми вот это… – говорю я, указывая на симпатичное колечко с черным бриллиантом.
Консультант тут же выуживает его из футляра и протягивает Жанне.
Я представляю, как зажму ее руки над головой. И как этот бриллиант будет сиять, контрастируя с белой наволочкой подушки…
– Берем, – хриплю я.
Всю дорогу домой она смотрит то на меня, то на камень. И молчит. Совершенно измученная.
– Мне стоило догадаться, – шепчет, когда за нами закрываются двери лифта. – Спорить, я так понимаю, бесполезно?
– Конечно. Моя женщина достойна самого лучшего.
– Ты не знаешь полумер, да? Дай палец – ты руку откусишь?
– Ну, зачем же мне тебя кусать? – руки заняты пакетами, но я сдвигаю ручки на запястье и осторожно пальцами поглаживаю ее сосок.
Двери лифта так не вовремя открываются. Мы выходим и останавливаемся посреди коридора.
– Я не знаю. Мне нужно готовиться к экзаменам вообще-то. А с тобой…
– Что?
– Вряд ли дойдет до книжек.
Смеюсь и отступаю. Потому как да… Не дойдет. Я её если на своей территории снова увижу – не слезу. Может, и впрямь нам лучше подождать. Пока чувства хоть немного притупятся.
В общем, я не настаиваю на ее приезде. Лишь однажды, ближе к концу недели, когда мы выбираемся на обед, будто бы вскользь повторяю свое приглашение. Жанна пропускает его мимо ушей. И я окончательно свыкаюсь с мыслью, что и на выходных мне придется кататься туда-сюда, чтобы урвать с ней хотя бы пару часов. Поэтому для меня становится полной неожиданностью, когда вечером пятницы она звонит, чтобы уточнить, какие вещи ей взять с собой на дачу.