У меня бы язык не повернулся сказать, что до знакомства с тобой я была шлюхой. А потом об этом узнал бы папа…
— Прекрати на себя наговаривать! — встряхнул меня за плечи Вадим. — Я не желаю это слушать, Да, я знаю, что этот гад посадил тебя на наркотики, да, я знаю, что ты с ним спала. Он просто воспользовался твоей слабостью. Тебе хочется сделать мне больно? Ты не можешь простить проституток в сауне? Это я должен просить у тебя прощения, девочка моя.
Я тупо смотрела в одну точку и уже жалела о том, что чуть было не проговорилась.
Вытерев слезы, я положила голову Вадиму на грудь и, вздохнув, сказала:
— Извини, я несла какую-то чуть. Нервы расшалились.
— Я это сразу понял, Машуня. Я ведь у тебя был первым.
— Ты мой первый мужчина?
Вадим словно не услышал моего вопроса и продолжил:
— Помнишь, как это произошло? Мы поехали на вечеринку к твоей подруге.
— Мы сделали это в лодке?
— Да.
— Но ведь там жестко!
— Мне кажется, ты этого не почувствовала.
— Представляю, как у меня болела спина!
— Ты ни на что не жаловалась.
— Возможно, я просто стеснялась сказать.
— Ты никогда не была стеснительной.
Ты могла любого отбрить так, что мало не покажется, но мне это даже нравилось.
Вадим наклонился и поцеловал меня в губы.
— Машка, а может, вспомним ту ночь? Давай попробуем повторить?
— Но здесь нет лодки.
— Мы можем сделать это прямо на песке. Зато у тебя не будет болеть спина.
— Но ведь совсем рядом, в реке, лежит труп!
— Ничего страшного. Он нам не помешает. Он не будет подглядывать, он на это не способен.
Вадим расстегнул мою кофточку и нежно коснулся губами груди.
— Вадим, скажи, ты меня любишь? — в который уже раз за последние два дня спросила я, едва отдышавшись после оргазма.
— Люблю, Машка, я тебя очень люблю. — Вадим встал и отряхнул с себя песок.