— В твоих трудностях не я виноват, так что нечего на людей бросаться, — буркнул в ответ Димка.
— Вот только жизни меня учить не надо, ладно, — фыркнула Настя.
— Делать мне больше нечего, — усмехнулся парень.
— Объясни, где в машине масло взять надо. Я в моторах ни черта не смыслю.
— Всё просто. Открываешь капот, достаёшь масляный щуп и смазываешь колесо. Лучше конечно твёрдой смазкой воспользоваться, но где её взять? — вздохнул Димка.
— А теперь объясни, как поднять капот и что такое масляный щуп? А главное, как всё это добро выглядит? — вздохнула Настя.
— Понятно. Тогда шагай шире. Найдём машину, я сам сделаю. Это будет быстрее, чем объяснять тебе, как выглядит то, чего ты никогда не видела, — криво усмехнулся Димка.
Понимая, что он полностью прав, Настя испустила очередной вздох и, не удержавшись, велела:
— Тогда иди перед нами. Чтоб я тебя видела.
— Знаешь, даже для сильно напуганной ты всё равно слишком неблагодарная, — огрызнулся парень и, развернувшись, решительно зашагал к дороге.
Не ожидавшая такой отповеди Настя задохнулась от возмущения, но, не найдя что ответить, молча зашагала следом.
— Мам, а почему ты неблагодарная?
— Потому что у меня, как и у тебя, язык быстрее мысли работает, — буркнула Настя, сверля широкую спину парня мрачным взглядом.
На их удачу, брошенную машину они нашли уже часа через два. Синий «жигулёнок» лохматого года сиротливо гнил прямо на дороге.
Подойдя к заднему бамперу, парень примерился и неожиданно резко ударил по заднему номеру коленом. От такого варварского обращения крышка багажника открылась, и Димка, чуть усмехнувшись, принялся осматривать содержимое. Быстро откладывая в сторону непонятные детали, он старательно заглядывал во все баночки и тюбики.
— Порядок. Это солидол. Так и знал, что в таком рыдване твёрдая смазка найдётся.
— А зачем она здесь? — с вялым интересом спросила Настя, не понимая его восторга.
— В этих автомобилях приходилось чуть ли не запасную машину с собой возить.